Онлайн книга «Пригнись, я танцую»
|
Они делали все вместе с самого начала. И теперь эта кровь на руках всех четверых, и Том даже не хочет знать, что братья сделали с телом. Невинный человек ведь! У него есть семья, может, дети… И они никогда не узнают, куда исчез их папа. Тяжело поднявшись, он открывает дверь и заходит домой. Том все еще не уверен, что сможет смотреть на себя в зеркало, но сейчас ему необходимо уснуть: вторые сутки на ногах, и он уже плохо соображает. – Где ты был? – выглядывает из своей спальни мама. – С друзьями, – коротко отвечает Том. – Мне нужно поспать. – Что у тебя… – она с ужасом опускает взгляд на его джинсы. – Это что за пятна? Том следит за ее взглядом и сам себя осматривает: ну конечно. Он не мог не заляпаться – там все вокруг было в этом. Черт, хорошо бы, чтобы в машине не осталось… – Кровь, – безразлично отвечает он. – Я сам постираю. Пара шагов вперед – до его спальни идти всего ничего, сейчас он упадет на кровать и забудется сном, – но мама останавливает его: – Что значит «кровь»? – А ты как думаешь? – поднимает голову Том. – Где ты был? – повторяет вопрос мама. – Тебе лучше не знать. – Том, что происходит? Вы с друзьями во что-то вляпались? Мама становится преградой между ним и кроватью, и все, чего по-настоящему хочет Том, – оттолкнуть ее. Вляпались! Сколько лет она будет делать вид, что не замечает их работы по ночам и не понимает происхождения денег, которые он раз в неделю кладет на кухонный стол? – Мы убили человека, мам, – качает головой Том. – И ты прекрасно знаешь, во что мы вляпались. Ее глаза округляются, и она машинально отшатывается от него. Дорога к спальне свободна, Том тут же шагает мимо мамы к себе. – Пошел вон из моего дома, – окликает его голос. – Что? – Том пытается понять услышанное. – Пошел вон, – повторяет мама. – Мне не нужен сын-убийца. Нью-Йорк, февраль 2019 Бекка и Зак заходят вместе: ей пока сложно передвигаться. Том улыбается сам себе: вот что ему еще удалось. Свести этих двоих не было его задачей, но он и ее тоже выполнил. Галочка в чек-листе. Несмотря на то что всем им херово, Бекка все равно светится изнутри. Не узнать любовь невозможно. Том перестает думать о том, что у него не получилось, и собирает в памяти все, что сделал за тридцать два года. Пока выходит не так уж мало, и это радует. Ему бы еще взять яйца в кулак и признаться Кэтрин в том, что происходит, но слова так и не выходят наружу. Сраный трус. – Привет, Манчестер, – машет ему Зак, – ты чего-то совсем плох. – Мне нужно с вами обоими поговорить. – Вот как, – усаживает тот сначала Бекку, а потом сам опускается рядом с ней, – что, метастазы прогрессируют? – Со скоростью света, – кивает Том. – Если кратко, я заканчиваюсь. – Ты еще на таблетках или уже на уколах? – встревоженно уточняет Бекка. – О, а бывают уколы? Спасибо, поищу. Пока на таблетках, но они уже паршиво помогают. – Какие прогнозы? – спрашивает Зак. – Пара месяцев. Я неоперабелен, метастазы опустились ниже, желудок с кишечником, считай, мертвы. Вот только… Он на секунду зажмуривается: даже этим двоим тяжело такое говорить. А они в курсе того, что не знает Кэтрин. – Я не хочу ждать, – признается Том. – Сколько об этом думаю… Не хочу ждать, пока меня убьет рак. От этой идеи воняет беспомощностью: стать овощем на койке, понимая, что на этой же койке я и умру. Не хочу так. |