Книга Игра в недоступность, страница 74 – Моника Мерфи

Джоанна смотрит на меня, распахнув глаза.

– А что, если кто-нибудь войдет?

Я кошусь на массивную деревянную дверь. Она чертовски тяжелая. Старая и поцарапанная. Интересно, сколько студентов перепихнулось в этом кабинете до нас?

– А она заперта?

Джоанна качает головой, и в глазах ее мелькает паника.

– Вот черт. – Я встаю, усаживаю девушку на пол, а сам иду к двери и закрываю ее на защелку. Только тогда я осознаю, как выгляжу сам.

Спортивные штаны не скрывают жуткий стояк, который наверняка бы отпугнул любую женщину. Не то чтобы я хвастаюсь размером своего члена, но…

Ладно, я хвастаюсь размером своего члена. Он у меня определенно немаленький. И близко нет.

Я опускаю руки, пытаюсь поправить его и морщусь от боли в яйцах. На мне даже трусов нет, чтобы как-то сдержать этого зверя. Господи.

Я поворачиваюсь и уже собираюсь попросить Джоанну снять рубашку и бюстгальтер, но тут ее взгляд скользит к моему паху, а глаза становятся совершенно круглыми – и такими большими, каких я еще ни разу у нее не видел.

– Скажи, что это не все ты.

По-моему, чертовски очевидно, что это все я.

– Ну…

– Нокс. – Она смотрит мне прямо в глаза, и что это, страх? – Господи боже мой.

Я опускаю руку, пытаясь прикрыть свое хозяйство, но все бесполезно.

– Видишь, что ты со мной делаешь.

– Я… – Она качает головой, а потом плюхается на стул, на котором мы только что сидели. – Просто… ого.

Я несколько сдуваюсь – в том числе и в буквальном смысле. Я же вижу выражение ее лица – она переосмысливает всю эту ситуацию и начинает сомневаться.

– Все очень быстро произошло. Быстрее, чем обычно.

– Ага. – Едва я опускаю руку, она тут же принимается пялиться на мою эрекцию. – Я так понимаю, поработать мы сегодня особо не успеем, да?

Я только головой качаю.

– Черновик мне надо сдать в пятницу.

– В пятницу? Господи, ну она и злыдня. Да еще и прямо перед матчем.

Ничего себе. Вы посмотрите, кому небезразлична моя судьба.

– По крайней мере, на выходных писать не придется.

– И то верно. – Вздохнув, она смотрит на себя и тут же краснеет. – О боже, ты только посмотри на меня. А я ведь пыталась вести себя, как подобает профессионалу.

– Ты прекрасна, – говорю я ей, но она только головой качает и полностью меня игнорирует. Возвращает бюстгальтер на место, прикрывая грудь. А потом пытается дотянуться до собственной спины и застегнуть его, но ничего не получается.

Я подхожу ближе, протягиваю руку.

– Дай, я помогу.

Она берет меня за руку, встает, медленно поворачивается ко мне спиной. Я забираюсь ей под рубашку, застегиваю бюстгальтер, а когда она снова поворачивается лицом, начинаю застегивать рубашку. Джоанна изумленно взирает на меня, приоткрыв рот.

Касаться нежной кожи и снова прятать ее от собственных глаз – настоящая пытка, но это меньшее, что я могу сделать после всего, что случилось.

– Спасибо, – бормочет она, когда с пуговицами покончено. В глаза мне она по-прежнему не смотрит. – Знаю, я уже говорила, но…

Я провожу пальцем по ткани рубашки, кладу руку прямо между ее грудей.

– Если ты еще хоть раз скажешь, что нам не стоит всем этим заниматься, я тебе рот заткну, чтобы ты замолчала.

Она с удивлением смотрит на меня, губы ее приоткрываются.

– И чем же ты мне заткнешь рот, интересно?

Я лукаво улыбаюсь в ответ.

– Все-то ты хочешь знать.

Она смеется, и напряжение несколько рассеивается, а я гадаю, понимает ли она, насколько серьезно я сейчас говорил.