Книга Не отдавай меня ему, страница 10 – Лия Султан

— Нам нужно поговорить, — бросает с порога.

— Я слушаю, —отвечаю спокойно, сидя в кресле за столом.

Он стоит, нервно перебирает пальцами ключи.

— Что ты устроил вчера, а? На глазах у всех? Маму довёл до слёз, Латифу опозорил!

— Я опозорил? — насупившись, отвечаю. — Или ты сам?

Он морщится.

— Не надо так, Джафар. Ты старший, должен понимать — это семья, всякое бывает.

— Семья — это когда мужчина заботится, а не бьёт жену.

Он хмыкает.

— Тоже мне, моралист. Ты что, святой?

— Нет, — говорю ровно. — Но я не поднимаю руку на женщину. И бывшую жену отпустил с миром.

В его глазах вспыхивает раздражение.

— Латифа — моя жена. Моё дело, как с ней говорить.

— Уже нет, — перебиваю спокойно. — Я помогу ей с разводом. Лучше тебе согласиться.

Он делает шаг вперёд.

— Ты не посмеешь!

— Я не спрашиваю разрешения.

Он застывает. Секунда. Две. Потом рывком выдыхает, бьёт кулаком по столу:

— Она моя женщина!

— Зачем? — спрашиваю. — Зачем тебе женщина, которую ты не любишь, не уважаешь, не щадишь?

Он молчит, дышит тяжело. Вены на шее вздулись. Я прищуриваюсь.

— А-а-а… понимаю. Для имиджа.

— Что ты несёшь?

— Всё просто, — наклоняюсь вперёд, убираю чашку с недопитым кофе в сторону. — Ты же метишь выше, да? Для этого нужно выглядеть хорошим семьянином, верным мужем. Электорат это любит. Латифа — из интеллигентной, но небогатой семьи. Идеальная картинка: молодая, воспитанная, молчит, где надо, улыбается на фото. А вторая жена где? — делаю паузу. — Или, правильнее сказать, любовница? Та, без роду и без племени, но готовая лечь под женатого мужчину?

Его взгляд дёргается.

— Не лезь, — рычит. — Это не твоё дело.

— Моё, — в голосе сталь. — Потому что ты изменяешь и бьёшь женщину, которую я лично ездил сватать. Потому что ты позоришь не только себя, но и нашего покойного отца. И нашу кровь. На правах старшего брата я беру её под свою защиту.

Он молчит. Стоит, тяжело дышит. Глаза полны злобы, но в глубине — страх. Настоящий. Я поднимаюсь. Медленно.

— Латифа не вернётся к тебе. Забудь. Развод оформим быстро. Попробуешь препятствовать — сам себе подпишешь приговор.

Он открывает рот, но я уже поворачиваюсь к окну. Солнце бьёт по стеклу, воздух дрожит от жары.

— Можешь идти, — говорю, не глядя.

Несколько секунд он стоит, потом разворачивается и уходит, громко хлопнувдверью.

Латифа

Я всё же не могу сидеть без дела, поэтому помогаю Джале на кухне. Она затеяла дюшбара— маленькие пельмени в бараньем бульоне. Говорит, Джафар-бей сам попросил их сегодня приготовить — соскучился. Я и не знала, что он так любит это блюдо, мама никогда не говорила.

Я помогаю ей раскатывать тесто, а потом мы вместе лепим и разговариваем.

Джала очень давно работает у Джафар-бея. Она ещё Аише косы заплетала, когда та ходила в школу. Говорит, хозяин хоть и строгий, но всегда был добр к ней и её семье. Оплатил операцию её мужу, помог с лекарствами. Я слушаю — и диву даюсь: оказывается, я совсем не знала деверя.

— Эх, жаль, Джафар-джан никак не женится, — качает головой Джала. — Пришла бы в дом хозяйка, родила бы ему наследника.

— Дай Аллах, чтоб так и было…

— Да уж когда? — вздыхает женщина. — Сорок три уже. Аиша, дай Аллах, замуж выйдет и внука подарит. А Джафар-джан всё по своим женщинам так и будет до старости ходить.

Щёки заливает краской при этих словах.