Книга Не отдавай меня ему, страница 8 – Лия Султан

— Я стучал, ты не ответила, — говорю ровно. — Хотел убедиться, что всё в порядке. Халат валялся на полу.

— Наверное, упал, — отвечает и тянется к нему.

Наши пальцы соприкасаются на короткое мгновение, но этого достаточно, чтобы по телу прошёл ток.

Я убираю руку. Хмурюсь, стараясь вернуть себе привычное спокойствие и равновесие.

Она отворачивается, быстро накидывает халат, завязывает пояс.

— Простите, — говорит уже увереннее, — я без платка.

— Ничего страшного, — отвечаю. — Я и Аишу не заставляю его носить. Ты тоже не обязана в этом доме.

— Спасибо, — произносит едва слышно.

Я смотрю на неё в тёплом свете настенных бра. Свет ложится на её шею, на тонкие запястья. Вижу след синяка — тот, что заметил ещё вечером, и сердце сжимается.

Боль поднимается откуда-то из глубины, но я глотаю её.

— Как давно мой брат бьёт тебя? — спрашиваю тихо.

Она опускает голову, обнимает себя за плечи и вздрагивает.

— Сильно — последний год. А так… раньше просто пощечины были.

— Мама знала? — сжимаю пальцы в кулак. Узнал бы его отец, сгорел бы со стыда.

— Нет, — мотаёт головой. — Обычно это было, — осекается, — ночью.

Челюсть хрустит от напряжения. Что он там творил с ней ночью, если она умоляла о разводе?

Где-то я просчитался. Не научил быть мужиком.

— Завтра поговорим о разводе. Всё решим.

После моих слов на комоде ожил телефон. Посыпались сообщения, экран вспыхнул белым светом.

Я смотрю туда.

— Это Заур?

Сноха вздрагивает.

— Не знаю… Он не писал ещё.

— Посмотри, — говорю твёрдо.

Латифа берёт телефон, и я замечаю, как дрожат её пальцы. Она открывает мессенджер, проводит по дисплею указательным пальцем.

Я вижу, как меняется её лицо, глаза расширяются, губы дрожат.

— Что там? — спрашиваю, но она не отвечает.

— Латифа. Телефон. — Протягиваю ладонь.

Она подчиняется и молча отдаёт.

Я беру его в руку, чувствую, как холод экрана обжигает ладонь, и понимаю — что бы я сейчас ни увидел, дорога назад уже закрыта.

Латифа стоит напротив — маленькая, испуганная, но в её глазах больше нет покорности. Только боль.

И, может быть, тень доверия ко мне.

Я перевожу взгляд на экран и выхватываю мерзкие, страшные сообщения. Я не думал, что мой младший брат такое чудовище.

“Если завтра не вернёшься домой, приду, когда его не будет дома, и увезу силой. Ты меня знаешь, дрянь. Вы**бу так, что ходить потом не сможешь”.

Просыпаюсь на рассвете. Серое небо висит над горами, дом дышит тишиной. Я полночи не спал. Слишком много мыслей в голове: слова, лица, чужая грязь, от которой хочется отмыться.

Сажусь на кровати — пятки касаются холодного пола. Быстро умывшись, спускаюсь в подвал, где у меня оборудован спортзал. Тренировка помогает выбить дурь из головы и упорядочить мысли. Спустя минут сорок пот течёт ручьём, попадает в глаза; футболка становится такой мокрой, что впору выжимать. Здесь же, внизу, принимаю душ, переодеваюсь в чистую одежду, оставленную нашей домработницей Джалой.

Поднимаюсь на первый этаж — в нос ударяет запах кофейных зёрен и свежего хлеба. Значит, Джала уже пришла и хлопочет на кухне. Подхожу ближе и слышу тихие-тихие женские голоса.

Останавливаюсь.

У плиты суетится полноватая женщина в тёмном платке, которая знает этот дом лучше, чем я сам. А рядом с ней, к моему удивлению, — Латифа. Познакомились, значит.

Моя невестка стоит у стола — в длинной юбке и блузке, косынка прикрывает волосы. Скромная, собранная, будто боится случайным движением нарушить порядок.