Книга Как провести медовый месяц в одиночестве, страница 108 – Оливия Хейл

— Разве ты не хочешь, чтобы тебе указали на это?

— Непослетого, как книга будет закончена!

Он стоит, потягиваясь. После вчерашнего его тело должно быть мне знакомо, но длинные плоскости его рамы, мышцы живота и груди так и манят меня исследовать.

— Тогда тебе придется использовать меня до того, как все закончится, — говорит он.

— Ты выкроишь для этого время из своего драгоценного расписания?

Филипп пересекает расстояние до меня.Он опирается рукой на каждый подлокотник.

— Думаю, я бы нашел время, — говорит он. — Особенно если это будет означать чтение о версии самого себя.

— Твой вымышленный отдыхающий "я", — говорю я.

— Именно.

Я разворачиваю ноги и ложусь в шезлонг.

— Какова твоя почасовая ставка?

Он наклоняется.

— Почему ты хочешь это знать?

Я пожимаю плечами, стараясь выглядеть бесстрастной.

— Может быть, мне просто интересно узнать, во сколько мне обошлась бы прошлая ночь.

Его глаза расширяются, а затем он хихикает. Звук темный.

— Детка, я бы никогда не взял с тебя денег.

— М-м-м… — Я слегка раздвигаю ноги и выгибаю спину. — Но ты и не давал юридических советов.

— Ни капли, — пробормотал он и поцеловал меня.

Поцелуй медленный и глубокий. Кожа теплая от солнца, я провожу руками по его рукам. Его колено оказывается между моими бедрами, и я потягиваюсь, чтобы он подошел ближе. Он опускается, упираясь в шезлонг.

Он скрипит.

— Стоит рискнуть, — говорю я.

Его рот касается моей ключицы.

— Что рискнуть?

— Неважно, — бормочу я и подтягиваю колени, чтобы обхватить его бедра. Хорошо, что мы не на общественном пляже.

Его поцелуи ленивы. Он прокладывает живописный маршрут по моей коже, а я провожу руками по широким мышцам его спины, также не торопясь.

Этот мужчина создан для того, чтобы им наслаждались.

— Я хочу оставить тебя здесь на все время нашего пребывания, — бормочет он, его рука поднимается, чтобы погладить мою грудь через верх бикини. — Знаешь, если ты не хочешь, чтобы у тебя появились линии загара…

— О, это так мило с твоей стороны.

Его улыбка кривовата.

— Это чистое бескорыстие.

Я сцепляю руки за его шеей и притягиваю его к себе, чтобы поцеловать. Не думаю, что мне хватит этого до того, как эта поездка подойдет к концу. Я и забыла, как это здорово — просто целовать мужчину и получать поцелуи в ответ. Я могла бы делать это часами.

На своем бедре я чувствую его — уже твердого, и от предвкушения у меня сводит живот.

Он оттягивает верхнюю часть бикини в сторону.

— Упс, — шепчу я.

Он по-волчьи улыбается и наклоняется, чтобы взять мой сосок в рот. Я вздыхаю, зарываясь пальцами в его волосы.

Лучшее решение за всю историю, я думаю. Поехать в этот отпуск.

В этот момент раздается звонок его телефона.Я хихикаю, прижимаясь к нему. Сейчас я не могу пошевелиться, мои руки и ноги обхватывают его.

Звонок не умолкает.

— Филипп, — бормочу я.

Он качает головой, пальцы все еще дразнят мой сосок.

— Пусть звонит, — бормочет он. — Я с привлекательной двадцатилетней девушкой.

Я снова смеюсь.

— Я не это имела в виду в тот день.

Я представляла себе женщин в красивых платьях и на каблуках, которые потягивали с ним напитки в барах отелей в Чикаго. Молодые профессионалы с похожей жизненной траекторией.

Телефон перестал звонить.

— Да, конечно, нет, — говорит он. Это звучит как сарказм. Осознание того, что он имел в виду то, что сказал, просачивается сквозь меня, как теплый мед. Жажда комплиментов. Может, я такая и есть.