Книга Как выжить в книжном клубе, страница 44 – Виктория Дауд

Хозяйка дома

Миссис Ангел смотрела прямо перед собой, стараясь сдерживать эмоции, но я видела, что ее веки опухли и покраснели от слез. Она не просто плакала, а рыдала долго и безутешно. Тем не менее она явилась по нашему зову, закованная в броню серого твидового костюма, с непроницаемым слоем пудры на лице. Миссис Ангел могла служить образцом экономки. Каждый волосок, каждый взгляд, каждое движение рисовали идеальный портрет домоправительницы.

— Вы настаивали на моем присутствии, — холодно произнесла она. — Чем могу быть полезна?

— В лесу обнаружено тело, — сказала тетя Шарлотта. — Это ваша гадалка. Ей проломили голову.

Не знаю, намеревалась ли тетя Шарлотта шокировать миссис Ангел, чтобы добиться пущей откровенности, однако это произвело обратный эффект. Лицо старушки сморщилось, между бровями пролегла глубокая складка.

— Какой ужас, — только и промолвила она.

Мы сидели молча, обдумывая ее реакцию.

Мне пришло в голову, что надо все это записать. Не отрывая взгляда от миссис Ангел, я начала рыться в сумке, которая лежала на полу в ногах. Нащупав длинный тонкий цилиндр, я непроизвольно отдернула руку, поняв, что влезла в чужую сумку. Я посмотрела вниз, и в этот момент Джой схватила сумку. Я ничего не сказала, но она поняла, что я узнала ее секрет. Ха, здоровая, высокодуховная жизнь? У Джой были вполне земные пороки: она парила вейп. Мама заметила наше небольшое столкновение и прищурилась. Одна из маминых мантр гласит: «Я все вижу».

Мирабель спугнула тишину, зашуршав углями. Разве можно так долго стоять у огня? Я всегда подозревала, что она относится к холоднокровным.

— Какой невыносимый холод! — простонала Мирабель. — Где, черт возьми, дрова?

— Мистер Трезвон любит погреться у камелька, правда, детка? — проворковала Бриджет.

Миссис Ангел застыла, как статуя, и сцепила руки на животе, словно боясь, что пальцы упадут на землю, если она их отпустит. Под слоем пудры на лице проступали тонкие изломанные морщины, губы потрескались. Она стояла неподвижно и прямо, словно образец, зажатый между двумя предметными стеклами, и смотрела куда-то вдаль, явно никого из нас не видя. Будто перенеслась — туда, на снег, к телу Дорин Делламер, с оружием в руках.

Наверное, я преувеличивала. Скорее всего, ее не меньше нашего шокировало известие, что после сеанса гадания бедная прорицательница встретила свой непредвиденный кровавый конец.

— Миссис Ангел…

— Заткнись, Урсула, — рявкнула мама. — Миссис Ангел, это вы пригласили До… гадалку?

Мы уже могли не скрывать, что знаем имя убитой, учитывая, сколько раз назвали ее «До… гадалка».

Миссис Ангел помолчала, обдумывая вопрос, и ответила, не глядя на маму:

— Да.

— Зачем?

— Прошу прощения, мадам?

— Зачем вы ее пригласили?

Мама четко выговаривала каждое слово, как будто обращалась к умственно отсталой. К миссис Ангел это явно не относилось.

— Так вы ведь сами попросили, мадам.

Все головы повернулись к маме.

— Потому что вы предложили.

Миссис Ангел посмотрела на маму таким испепеляющим взглядом, что та чудом не загорелась. Я живо представила себе эту картину.

— Нет, — только и сказала миссис Ангел.

Мама не признает слова «нет». Сказать ей «нет» — все равно что нецензурно обругать папу римского.