Книга Чистое везение, страница 103 – Марьяна Брай

Здесь же, в полной темноте у них не было никаких шансов.

Лестница круто уходила вниз, потом поворачивала влево и заканчивалась в слабом свете от двери.

Трофим чиркнул спичкой и поднёс её к стоящей слева на выступе масляной лампе. При слабом свете мы направились вперёд, где за ладно сбитыми ограждениями я увидела одиноко стоящие четыре ящика. Но это я поняла только по очертаниям. Потому что выглядели они как ощетинившийся белыми отростками кучки.

Я подняла за ростки несколько клубней, помяла, понимая, что сажать нужно как можно быстрее.

— Вытащите их сегодня? — спросила я.

— Да я сам сейчас…

— Нет, Трофим, одному неудобно. Не надо ломать ростки. Нужно парой. Я сейчас Андрея кликну. Он покрупнее их всех, — я имела в виду старшего из ребят.

— Спасибо вам, Елена Степановна. Уж и не знал, что с ними делать: и не выгонишь, барин поедом съест. А сейчас… им назад пути нет. Может и посчитают за погибших, но это только к лучшему. А вернутся…

— Знаю, Трофим. Все знаю! Я попробую их пристроить. Пока вот так за лето жирка наберут. Вот если бы всё, что я запланировала, получилось, то им здесь, в банях самая работа! Дрова, вода — на весь день занятие. Даже учиться можно попробовать…

— Читать они умеют. Я их в деревне учил. Писать почуток, но могут, это я не успел. Я вам по гроб должен, Елена Степановна! Ежели чего, знайте, что я ваш вечный должник, — лицо его светилось, и все сказанные только что слова явно имели вес.

— Тебе спасибо, что ребят сам поднимаешь. Хорошие они…

— Подворовывают, конечно, но там, где живут, ни за что не станут! Вот вам крест! — он размашисто перекрестился.

— Сейчас Андрейку отправлю, — не найдя что ответить, я поднялась по лестнице и поняла, насколько в подвале прохладно. Сейчас его следовало открыть и сушить целыми днями несколько месяцев.

Я бережно перебрала все клубни, расплетая их между собой, развела в ведре жидкую кашицу из воды с золой и, обмакнувкаждый в ведро, укладывала на полянке.

Утром мы за пару часов посадили доставшийся мне, хоть и не особо качественный материал. И теперь я молила Бога о дожде. Полива ждали и грядки с луком и морковью.

Через три дня вообще все ящики в складе были разобраны. Стены нужных отсеков отмыты от пыли и грязи, пол выметен. Три горы досок радовали мой взор. Теперь я точно была уверена, что материала хватит. Но я держала в уме и тот тёс, который предложила мне Фёкла.

Один из печников пришел на второй день наших трудов и с парой учеников принялся за подготовку к строительству печи. Крякал непонимающе: зачем же понадобилась банная печь в складе. Мне пришлось с ним поговорить: ведь важно было объяснить ему, как мы планируем настелить пол и на какой высоте он решит поставить печку, чтобы все работало правильно.

— Только ни слова пока никому, что здесь баня планируется, понятно? Ежели раструбишь — недоплачу! Пока из чужих только ты знаешь. Так что гляди мне! — предупредила я еще больше удивившегося мужика.

Он согласился. Тем более платила я достаточно. Да и работы у него особо не было сейчас: банями, да и печами вообще по весне не занимался никто.

Мы с Никифором выбрали несколько плах, которые должны были стать полом. Вспомнили, что требуется отвод для воды, и начали изучать фундамент. Рыть нужно было прямо под ним. Но это не всё! Необходимо было прокопать канавку, которая отведёт воду от бани. На улицу выводить не посмели, хоть Никифор на этом и настаивал. Кто его знает, как отнесутся люди.