Онлайн книга «Самая страшная книга 2026»
|
Он медленно поднялся и направился на звук. Каждый шаг отзывался болью в голове. Казалось, кто-то там, внутри, вбивает в виски большие ржавые гвозди. Яркий солнечный свет выплеснулся в лицо Виктору, как кипяток. Он зажмурился и заслонился рукой. – Старший лейтенант Добрынин Сергей Павлович. – Высокий крепкий мужчина внимательно оглядел его с ног до головы. – Виктор? В нескольких метрах за спиной мужчины, как разворошенный улей, гудела толпа, готовая в любую секунду сорваться и броситься в атаку. Глаза горели абсолютной ненавистью к человеку, приговор которому уже был единогласно вынесен. Им не нужны были доказательства. Они просто «знали». Виктор коротко кивнул и замер в недоумении, переводя взгляд то на полицейского, то на толпу позади него. – Вам знакомо это? – Мужчина поднял палку с сиреневой резинкой на уровень глаз собеседника. Виктор взглянул на предмет, и по его лицу пробежала судорога, вызванная очередным приступом головной боли. Но было в этой боли и что-то другое. Какая-то смутная тревожная догадка. – Н-нет… – проговорил он и сам не узнал своего голоса. По толпе пронеслась волна: – Он, точно он! По лицу видно! Узнал он заколку! Точно он! – Этот предмет нашли у вашего забора, – сказал полицейский. – Резинка принадлежит пропавшей вчера девочке. Вы знаете, что вчера пропала девочка? Оля. Виктор почувствовал, как на его грудь упала многотонная плита. Его ноги подкосились, и он едва успел схватиться за дверной косяк, чтобы не упасть. – Н-нет, я не знаю… Он прижал ладонь ко лбу и медленно опустился на крыльцо. – Когда вы видели ее в последний раз? Лейтенант отступил на шаг, давая Виктору сесть, и внимательно посмотрел на собаку, бродившую рядом, время от времени усердно что-то обнюхивая. – Вчера, – помолчав, выдавил он и коротко взглянул на мать Оли, которую буквально силой удерживала пожилая соседка, – она на рыбалку со мной напросилась. Я не хотел ее брать с собой. Но она уговорила. – И что потом? – нахмурился Сергей Павлович. – Потом мы вернулись сюда, я забрал у нее удочку и отправил домой. – Отправил домой… как же… отправил домой… никуда он ее не отправлял… сволочь… – гудела толпа. Добрынин вздохнул и огляделся. Участок был небольшой и аккуратный. Ровно подстриженная трава, пара яблонь, дикий кустарник по периметру и забор, увитый лианой с белыми скрученными трубочками. Ни одного лишнего предмета, ни одной ненужной детали. Лишь у самого крыльца, прислоненные к стене, стояли две удочки и небольшое пластиковое ведро. – Я могу зайти в дом и осмотреться? Хозяин сделал неопределенный жест, но с места не сдвинулся. Лейтенант пропал за дверью, за ним метнулись собака с кинологом, и Виктор остался наедине с толпой, жаждущей расправы. Он не поднимал глаз, словно перед ним были не люди, а стая диких зверей, пересекаться взглядом с которыми значит подписать себе смертный приговор. Толпа щетинилась, скалилась и перекатывалась, как единый живой организм. Но нападать в присутствии представителя власти не решалась. Она выжидала. Но Виктор думал не о них. В его голове, будто обезумевшая дикая кошка, металась лишь одна мысль: «Она пропала. Она пропала. Она пропала». И все те, кто сейчас стоит прямо перед ним, уверены, что именно он виноват в этом. А что, если… Старший лейтенант вышел на крыльцо. Он вновь окинул взглядом участок, коротко кивнул Валентину Леонидовичу, помахавшему ему из-за изгороди, и обратился к Виктору, который сидел в той же позе, в какой он его оставил: |