Онлайн книга «Самая страшная книга 2025»
|
Мокрые кобылы недовольно пряли ушами, но телега шла легко: суглинок отталкивал воду, и на бурой излучине дороги собирались мелкие лужицы. Дождить перестало столь же внезапно, будто Господь своей рукой закрутил вентиль. Выглянуло солнце, и тут же стало припекать. Встретили закат, опустилась ночь, но спать не хотелось. За долгими разговорами Василь и Федор не заметили, как сжевали сверток солонины. Под утро на горизонте возникло черное пятно, потом подъехали ближе, и стало ясно, что это постоялый двор. Одинокий и нелепый, словно часть большого села отгрызли и выплюнули в степь. Василь по-свойски загнал телегу под навес, распряг битюгов и оставил их у коновязи. Тут же на пороге появилась немолодая толстая баба. Были у нее серые, почти бесцветные глаза и длинный, не к жирному лицу, нос. – Ой-йею, Роза Абрамовна! – Василь приставил ладонь к виску и шутливо отдал честь. – Доброго денечка! – Опять за харчами едешь, коршун? – спросила старуха глубоким басом. – Так точно, мать! За ними. – И шо, опять у нас золотом платить будешь? – Еще как! – Коршун! Знал бы ты, сколько мой Беня мучается, шобы сделать из твоего золота обычные деньги… Вася, скажи старой женщине, когда будешь иметь нормальные человеческие рубли? – Ну не ругайся, мать. Тут такой интересный обмен, что за кружку пива я у тебя оставляю два рубля вместо полтины. Ты лучше вели на стол накрывать! – Беня! Гости! – крикнула старуха громко; в окошке порхнули шторы, и на свет показалось длинное, как у борзой собаки, лицо. Пожилой еврей улыбнулся, сверкнул золотым зубом и тут же исчез во тьме здания. – А я битюгов твоих пока подхарчу, а то жрут и серут они у тебя за четверых! И где ты таких убыточных раздобыл? Старуха потащила с крыльца мешок, крякнула и большими, привыкшими к работе руками закинула его в корыто, насыпая овес. Битюги довольно заржали и принялись шумно чавкать. – Грубая какая баба! – шепнул Федор Василю на ухо. – Зато совестливая и сердечная, – ответил тот со своей неуемной веселинкой. – А ты в наш век поди поищи таких людей. Внутри ждал уже накрытый стол: вспотевший штоф водки, тарелки с соленьями и тяжелый бронзовый канделябр. Рядом, натянув на лицо ласковую мину, уже маячил хозяин заведения. – Посерьезнее кушать чего изволите? – Тон корчмаря был услужливым и заискивающим. – У нас из мяса, правда, на дворе только пернатое. Могу гуся предложить. – Не, ели мы вашего гуся, – ответил Василь со знанием дела. – Как сапога пожевал. Цыплят штуки три зажарь – вот то дело! – Вот то дело! – повторил корчмарь и скрылся в темноте своего заведения. Цыган раскупорил штоф и разлил водку по рюмкам. По первой уронили в себя не чокаясь, закусили хрустящими огурцами. – А платить ты им чем собрался, дорогой человек? – спросил Федор. – Откуда у мертвеца деньги? Василь улыбнулся, порхнул рукавами своей рубахи, словно фокусник в цирке, и в руках у него оказалась золотая монета с профилем какого-то древнего царя. Он повторил трюк, и между пальцами другой руки в неверном свете канделябра сверкали уже три монеты. – Грабежами сыт? – спросил Федор без всякого зла в голосе. – А все строишь из себя честного человека… – Да ну не гони дурь, Федор Кузьмич, какой грабеж? Золото – металл мертвых. Сколько есть его на этом свете – столько на том и окажется. Раньше с ним хоронили, а теперь вот за него умирают. Скоро и сам научишься так же, ежели желание будет. |