Книга Хранители Братства, страница 116 – Дональд Уэстлейк

После этих слов наступила длительная тишина и, когда треск возобновился, он звучал тише и медленней. Эйлин перебила:

– Ты это уже говорил, и я согласилась с тобой.

Снова треск.

– Хороший вопрос, я ему передам. – Треск. – Конечно, он здесь, – невозмутимо сказала Эйлин. – Минутку.

Не прикрывая трубку ладонью, она обратилась ко мне.

– Мой отец хочет узнать: если имели место поджог, нападение и незаконная прослушка, почему никто не вызвал полицию?

– Потому что мы не смогли бы ничего доказать, – ответил я.

– Почему? Ты же мог бы опознать Альфреда, разве нет?

– Да, но только я. Никто больше его не видел.

– А как насчет моего брата? Разве егоникто, кроме тебя, не видел?

– Не в лицо, – сказал я.

Эйлин смерила меня протяжным оценивающим взглядом.

– Не удивлюсь, если ты скажешь, – произнесла она, – что это ты обнаружил микрофон.

Я, наверное, виновато покраснел. С какой стати я чувствовалвину, точно зная, что невиновен?

– Да, – сказал я, с трудом выдерживая ее взгляд.

– Минутку, папа, – сказала Эйлин в трубку, и на этот раз она приложила к ней ладонь, чтобы наш с ней диалог никто не услышал.

Она рассматривала меня, и она никогда еще не выглядела настолько красивой, хотя это была некая неземная красота. Тонкая кожа натянулась на скулах почти до синевы, а глаза были так глубоки, что казалось, будто Эйлин изучает меня, глядя из глубин собственной головы.

Я вытерпел ее взгляд – хотя и с трудом – стараясь выглядеть невинно, и, наконец, она спросила:

– Чарли, это какая-то подстава?

– Нет! Конечно, нет. Зачем мне… что я от этого выиграю?

– Я тоже задаю себе этот вопрос, – сказала она. – Чего ты рассчитываешь добиться?

– Послушай, – сказал я, – я ничего не могу доказать, и я даже не собирался рассказывать тебе эти детали. Я только хотел узнать, что ты имела в виду, когда сказала, что можешь нам помочь. Но я влез в… во все это, и теперь я уже сам не знаю, чего хочу.

– Мой отец говорит, что мы нуждаемся в деньгах, – сказала мне Эйлин. – Когда я сказала, что могу помочь, я имела в виду, что знаю – отца мучила совесть из-за продажи монастыря. Он ругался и пытался оправдываться перед нами, а я знаю, как найти к нему подход, когда он так себя ведет. Но если наша семья близка к разорению – это все меняет. Я не смогла бы уговорить отца передумать, даже если бы захотела, а с чего бы мне хотеть? Если семья разорится – я тожеразорюсь. Уж поверь, никаких алиментов от Кенни Боуна я не получаю.

– Но как быть с тем, что все это бесчестно? – спросил я. – Что, если монахи в своем праве, так прописано в договоре аренды, но их обманывают ради того, чтобы ты могла по-прежнему развлекаться с этими… с этими людьми, что тебя окружают?

– Что не так с этими людьми? – вспылила Эйлин.

– Ничего, – твердо сказал я. – Я думаю, они потрясные.^[82]

Телефон уже некоторое время раздраженно трещал, как комар, пойманный в коробочку из-под таблеток, и Эйлин резко бросила в трубку:

– Ты можешь подождатьвсего однуминутку?

– Твой отец отрицает наличие такого пункта в договоре? – спросил я. – Ты спрашивала его об этом?

Эйлин не ответила на мой вопрос. Снова прикрыв трубку ладонью, она прошипела:

– Эй, что это за разговорчики о здешних людях? Они же хорошо к тебеотнеслись, разве нет?

– Они замечательные люди, – сказал я. У меня иногда слишком длинный язык. – Но они не имеют никакого отношения к делу. Суть в том…