Онлайн книга «Полезный третий лишний»
|
— По-хорошему, вам надо было бежать из машины и вызывать полицию, — качнула головой Соня. — Из машины я бы сбежала. А от него? — Он стал бы вам угрожать? — Не поняла ты, дуреха. — Лицо Ольховой страшно мученически сморщилось. — Я не смогла бы от него сбежать, потому что не хотела! Я же люблю его до сих пор! И когда они начали молотить друг друга и он неосторожно и очень сильно толкнул ее на дверную ручку шеей и Наташа умерла… Я опять не сбежала. Я выполнила его приказ и спрятала тело девчонки. Мы долго думали куда. И решили, что лучшего места, чем этот подвал, не найти. Пока я закапывала ее в уголь, он ждал меня, разъезжая по Баранкам. А я… Я сцепила зубы и копала руками уголь. Знаешь, что я тогда подумала? — Что теперь-то он наконец станет вашим? Шантажом или еще чем, но вы будете крепко держать его при себе? — Слушай, а ты молодец! — неожиданно восхитилась Ольхова. — Именно так я тогда подумала. И те недолгие дни, что он прожил без нее, я снова за ним ухаживала. И когда Стас заговорил о том, что жить не станет, что устал, что на нем столько грехов, я… Я начала добавлять ему в чай снотворное. Чтобы он без меня не натворил глупостей. А он все равно… он и под таблетками ухитрился уехать в лес и повеситься. Раз не вышло, два: веревка все время соскальзывала. Он снова лез в петлю и на пенек. — Откуда вы… — Соня ахнула, прикладывая ладошку к щеке. — Вы там были?! И наблюдали?! И не остановили его?! — Да, да, да. На все твои вопросы: «Да». Я там была, и наблюдала, и плакала, и не остановила. И он меня заметил в какой-то момент. Хотя таблетки уже начали действовать и Стас еле держался на ногах, у него хватило сил наговорить мне мерзостей. И он велел мне убираться. Но я не ушла. Я стояла и смотрела, как он уходит от меня. В очередной раз уходит от меня мой любимый. Но теперь уже навсегда… Слезы текли и текли по ее полному некрасивому лицу. Но Ольхова словно не замечала, что плачет. Повторяла свой рассказ снова и снова, что она никого не убивала, и в мыслях у нее не было. Что все, что делала, — ради Стаса. Чтобы оградить его, спасти, заставить снова полюбить ее. Не-ожиданно она умолкла. И сидела тихо несколько томительных минут. И вдруг встрепенулась: — Если и есть на мне чья-то жизнь, то это только Колина. Эксперта нашего. — Что вы с ним сделали? — Ничего особенного, просто легонько толкнула в спину. Просто шутки ради, не злого умысла для. В гости меня пригласил, бутылку вина загодя купил, тортик. Только не стала я есть сладкого. Вино выпила. Сидели так хорошо. И вдруг он как бабахнет: «Я знаю, Клава, что ты повесила Стаса». — «Сдурел?» — говорю. А он мне фотографии с места происшествия выкладывает на стол. «Смотри, — говорит. — Вот следы на дереве от веревки, как если бы Яковлева несколько раз пытались повесить и не выходило. Вот, — говорит, — твои следы у другого дерева. Когда были на месте происшествия, ты, — говорит, — туда не заходила. Я точно, — говорит, — знаю. Ты его убила, — говорит». Ну, я в отказ, конечно же. Не рассказывать же ему, что я стояла и наблюдала, как мой любимый вешается. Как раз сорвался, другой, третий… Вешается, гад, и оскорбляет меня. Самым низким, самым скверным образом. Да, а я стою и смотрю и не помогаю ему. Ни спастись не помогаю, ни из жизни уйти. Просто словно окаменела. Но Коле я этого не сказала. Посмеялась над ним, назвала сказочником и засобиралась. И он за мной следом с мусорным пакетом. И все бормочет и бормочет: «Никому не расскажу, если ты станешь ко мне раз в неделю приходить и спать со мной». Ну, тут уж от такого грязного шантажа я разозлилась и столкнула его с лестницы. Кто же знал, что он так неудачно приземлится. Несчастный случай… |