Книга Баронство в подарок, страница 23 – Экле Дар

Все началось со слуг. Старые горничные, верные Торвальду, одна за другой «решали вернуться к семьям в деревни» или «уходили на пенсию». Их места занимали новые девушки — дочери или сестры тех самых старост, чьи дома я согрела новыми печами, чьи семьи я накормила зерном. Я лично беседовала с каждой, предлагая не службу, а честь — служить самой баронессе. Их преданность была не куплена, а заслужена. Элла, моя первая и самая верная горничная, стала негласной старшей среди них. Замок постепенно превращался из тюрьмы в мою крепость.

С управляющими и старостами все было проще. Они уже видели результаты. Бруно с лесопилки был моим ярым сторонником. Лоренц, управляющий полями, благодарил меня за расчистку дренажа, который спас будущий урожай. Бертольд, скотовод, чуть не плакал от счастья, глядя на сытых волорогов. Я не командовала ими. Я советовалась. Я спрашивала их мнение, и они, польщенные, выкладывали все свои знания. Они верили, что «воля Регента» наконец-то стала мудрой, но их уважение и доверие получала именно я.

Но самой рискованной и важной операцией стала работа со стражей. Замковые стражники — крепкие, не слишком умные парни, верные в основном тому, кто платит жалование. А платил им, формально, все еще Регент. Но я нашла к ним подход.

Как-то раз, проходя мимо казарм и видя, как они тренируются с мечами у деревянного чучела, я остановилась с видом наивного любопытства.

— Вы так ловко управляетесь, — сказала я капитану стражи, рослому мужчине по имени Хаггар. — Мой учитель, Келвин, говорит, что лучшая практика — это спарринг с живым противником. Можно я иногда буду тренироваться с вами? Конечно, если я не помешаю.

Хаггар, привыкший, что знать смотрит на него свысока, был ошарашен. Сначала он отнекивался, ссылаясь на опасность, но я настаивала с обаятельной улыбкой. В конце концов, он сдался.

Сначала они сдерживались, боясь задеть «хрупкую барышню». Но после того, как я, используя приемы Келвина и свою казачью сноровку, отправила в грязь одного, а потом и второгостражника, их удивление сменилось уважением. Я не была изнеженной аристократкой. Я была бойцом.

Я начала тренироваться с ними регулярно. Я не просила снисхождения. Я падала, вставала, стирала в кровь ладони и снова шла в бой. Я запоминала их имена, спрашивала об их семьях, незаметно «выясняла» через Эллу, кому из них нужна помощь — то лекарство для больной матери, то теплая одежда для ребенка. И тихо, без лишнего шума, обеспечивала это.

Я не покупала их. Я зарабатывала их уважение. И теперь, когда я проходила по двору, они не просто формально отдавали честь. Они смотрели на меня как на своего командира.

Фредерик, поглощенный своими подозрениями и поисками несуществующего мага, ничего не замечал. Он видел лишь поверхность. А под ней уже была готова сеть. Сеть из преданных слуг, благодарных управителей и уважающих меня солдат.

Однажды вечером я стояла на балконе своей комнаты, глядя на огни в деревнях. Они горели теперь ярче и дольше — людям не нужно было экономить на лучинах. Замок был тих и послушен. Даже воздух, казалось, принадлежал мне.

Я больше не была марионеткой, дергающей за ниточки беспомощного кукловода. Я была пауком в центре собственной, тщательно сплетенной паутины. И когда придет время, эта сеть должна будет удержать меня, чтобы я не пала под ударами судьбы. Или обрушить на врагов, если они решат напасть.