Книга Душа на замену, страница 128 – Рада Теплинская

Не знаю, остались ли у него силы на что-то ещё, но мои были полностью истощены, каждая клеточка моего тела требовала покоя, сладкого забытья. Я повернулась, прижалась к его тёплой, надёжной спине, словно к спасительному берегу после шторма, и позволила себе медленно, нежно погрузиться в глубокий, целительный сон. Меня окутывало остаточное тепло его тела и всеобъемлющее чувство полной защищённости. На грани сознания, сквозь лёгкую пелену надвигающегося сна, я почувствовала нежный, почти невесомый поцелуй в макушку. Затем, словно мягкое воздушное облако, нас укрыло одеяло, окутав теплом и уютом и создав идеальную, уютную колыбель для двоих.

Его правая рука, мелькнувшая в темноте, когда он укрывал нас, привлекла моё внимание, вызвав крошечную искорку любопытства.Словно маленький огонёк, вспыхнувший в надвигающейся тьме, это любопытство удерживало меня на грани сна, не давая полностью погрузиться в него. Тьма была непроглядной, и я ничего не видела, но это меня не остановило и даже не замедлило. Я дождалась, пока он снова обнимет меня, и почувствовала его руку на своей талии — привычное, обнадеживающее прикосновение. И тогда, осторожно, словно боясь нарушить хрупкий, только что обретенный покой, я подняла руку и кончиками пальцев нежно погладила то самое место на его предплечье, где у меня самой расцветали крошечные светящиеся сердечки, где, как я чувствовала, должна была быть наша связь.

И в тот же миг под моими пальцами на его коже, словно по волшебству, вспыхнуло крошечное, но удивительно яркое сердечко, сотканное из мерцающих золотых нитей. Оно пульсировало мягким, тёплым светом, подтверждая невидимую, но осязаемую, нерушимую связь между нами. Это было проявление его истинной драконьей природы, идущее из самой глубины его сущности. Восторг, чистый, незамутнённый, без единой тени сомнения, затопил мою душу, вытеснив все мысли, все вопросы. Мысли проносились стремительно, как искры в затухающем костре: «Мой! Он мой! Навсегда! Люблю!» Эти слова, неожиданные даже для меня самой своей ясностью и силой, едва успели оформиться в моём сознании, как я окончательно погрузилась в глубокий, безмятежный сон, убаюканная теплом его объятий и сверкающим, пульсирующим сердцем на его коже, подтверждающим нашу вечную связь.

Утро началось просто замечательно: нежный свет восходящего солнца золотил занавески и мягко касался моей кожи. Я ещё дремала на грани яви и сна, когда почувствовала лёгкое прикосновение. Емрис, уже успевший одеться для утренней тренировки, явно не мог дождаться, когда начнёт свой день без меня. Его пальцы, привычно сильные, но сейчас невероятно нежные, мягко поглаживали моё лицо, скользя от виска по скуле к подбородку. Затем невесомое прикосновение губ пробежало по лбу, щеке и, наконец, прижалось к моим губам, едва успевшим растянуться в лёгкой улыбке. От тёплых поцелуев по моей коже побежали мурашки.

— Любимая, — хрипло прошептал он мне на ухо, и от одного этого слова, произнесённого таким тоном, моё сердце сладко сжалось и замерло.

Я медленно открыла глаза и встретилась с ним взглядом. В его глубокихтёмных глазах я сначала увидела мгновенный всплеск почти животного страха — страха потерять всё, страха, что я оттолкну его, страха, что это был всего лишь прекрасный сон. Но тут же на смену ему пришло глубокое облегчение, словно с его плеч спала тяжесть, а затем — безграничная нежность, та самая, которую он дарил мне прошлой ночью.