Книга Восьмая жена Синей Бороды 2, страница 72 – Ариша Дашковская

Энни покачала головой и ответила:

— Никак.

Граф печально посмотрел на дом.

— Пойдем, нам пора, — Энни мягко обняла его за плечи.

— А куда?

— К Ханне. Она обещала испечь что-нибудь вкусное.

— Я так устал, — пожаловался он.

— Вот там и отдохнешь.

Уже в потемках дошли они до домика Ханны. Граф еле переставлял ноги, к тому же подволакивал левую. По дороге он молчал. Но по выражению лица было видно, что он о чем-то сосредоточенно думает.

Ханна сидела на поваленном дереве под окном. Увидев приближающиеся фигуры на дороге, она подскочила с места и поспешила навстречу.

— Слава тебе, Господи! — запричитала она. — Нашелся!

— Кто нашелся? — спросил граф, а Энни сделала страшные глаза, многозначительно посмотрев на Ханну.

— Наперсток мой нашелся.

— Наперсток? — с недоумением повторил Шарль.

— Да. А что? Очень важная в хозяйстве вещь. Я наволочки вышиваю, так все пальцы иголкой исколола, — она помахала рукой перед лицом графа.

— Ханна, а чьи поля сгорели? — граф вспомнил о вопросе, который хотел прояснить.

— Батюшки! Поля погорели? — Ханна прикрыла рот рукой, изображая ужас. — А чьи?

— Так я у тебя узнать хотел.

— Как пойду на рынок, все выспрошу, — пообещала Ханна.

— Устал, — пожаловался граф и Ханне.

— Так пойдемте, приляжете на кроватку мягкую, а я вам вкусненького чего приготовлю.

Шарль послушался совета Ханны и улегся на кровать, но уснуть так и не смог. Его беспокоили слова Энни о ремонте. Он пытался вспомнить, текла ли крыша и были ли дырки в полу, но не мог. С другой стороны, Энни врать не будет. Раз говорит, значит,так оно и было.

Ханна принялась хлопотать у печки. Ей не терпелось разузнать у Энни, где она нашла графа. Потому она то и дело бросала взгляды на Шарля, проверяя, не уснул ли.

Энни сидела на стуле, вытянув ноги. Они гудели. Она скинула ставшие тесными башмаки, блаженно вздохнула и пошевелила пальцами.

За окном сгущалась темнота. Мужчины до сих пор не явились. Ясно было, что они станут блуждать по окрестностям до тех пор, пока не заглянут во все закоулки.

Когда с улицы донеслись голоса, Энни подпрыгнула на стуле.

В дверях появился Жан со скорбным выражением лица, за ним ввалились Якоб и Стефан. Следом в дверь протиснулся Тит.

Увидев Шарля, сидящего на кровати, Жан просветлел.

— Так-так-так, по какому поводу сбор? — спросил Шарль.

— Да мы так в гости решили зайти, разве для этого нужен повод? — нашелся Якоб.

— Ну тогда прошу к столу. Ханна, подай гостям самое лучшее, — велел граф.

— Как здоровьице? — поинтересовался Стефан, занимая место на лавке.

— Устал, — коротко сказал граф.

— А, ну это нормально. Все устают.

И Якоб, и Стефан мастерски делали вид, что не замечают косящий рот графа и внимательно вслушивались в его медленную невнятную речь, чтобы не переспрашивать и тем самым не нервировать графа.

Тит тоже хотел примоститься рядом со Стефаном, но не успел он присесть на лавку, как граф задал ему вопрос, от которого Тит застыл как изваяние.

— Как там ремонт? Как работники? Работают?

Тит зыркнул на Энни, надеясь на подсказку, но та смотрела в другую сторону.

— Работники... работают... — промямлил Тит.

— Хорошо работают?

— Стараются. Пойду-ка я проверю, как они там, — Тит подхватил свой плащ и поспешил к выходу, пока его не огорошили очередным вопросом, на который он не знает ответ.