Книга Супруга для покойного графа, страница 92 – Лидия Орлова

— Точно, как я сам не догадался? — Уже встав на ноги, проговорил граф Хартман. — Кларк, ты мой лучший друг!

Аластэйр уже хотел забраться на лестницу, как этот лучший друг предложил:

— Давай прыгнем.

— Здесь метров пятнадцать будет. — Не стал хозяин замка сразу отклонять вызов. — Не расшибешься? Я нравоучений от твоей матушки не вынесу.

— Не переживай за меня. Но если расшибешься ты, быстрее с женой помиришься. Женщины любят жалеть.

— Меня надо просто любить. — Уже перебравшись через перила, сказал Аластэйр.

— Безжалостно? — С ухмылкой спросил Кларк, стоя рядом.

И они одновременно шагнули вниз.

Лэла хотела сразу приступить к своим обязанностям, но я была категорически против, чтобы она в таком состоянии начала работать. И не смогла бы она сейчас ничего сделать, на ногах же стояла с трудом. Я помогла ей подняться в мою комнату и попыталась уложить ее на мою кровать.

— Нет, я лучше в комнате прислуги полежу, — начала она сопротивляться.

— Лэла, ложись на постель, пожалуйста. Там тебя в покое не оставят расспросами, — усаживая на край своей кровати, сказала упрямой девчонке.

Невольно согласившись с моими словами, она легла на живот и забылась в беспокойном сне. Я сидела рядом и думала, что нужно вызвать лекаря. Я позвонила в колокольчик вызова прислуги.

И вздрогнула от быстрого стука в дверь, прозвучавшего, когда я ещё не успела поставить колокольчик на подставку. Выглянув с опаской в гостиную, я увидела только Лайонела. На подносе на вытянутой руке он принес несколько бутылочек с зельями, широкую банку с чем-то зеленым внутри и графин со свежей водой.

— Ваше сиятельство, здесь обезболивающее зелье и мазь, если нужно будет обработать рану на спине Лэла. Ещё я принес средство, чтобы сбить лихорадку, если у вашей горничной поднимется жар.

Я с благодарностью улыбнулась дворецкому, он же сам подумал о Лэле и принес для нее лекарства.

Но я, всё же, хотела, чтобы к Лэле пригласили лекаря, и сказала об этом Лайонелу.

— Леди Лиса, лекарь занят. — Сказал он. — Я уже посылал за ним, и он только передал эти зелья и мазь. Сказал, если у горничной на спине глубокие или рваные раны, ее придется привести в лазарет.

Я, поблагодарив, взяла поднос у дворецкого. Но, закрыв дверь, прислонилась к ней спиной и так и стояла очень долго. Потому что Лайонел напугал меня словами о возможных ранах на спине Лэла. Неужели ее могли так сильно бить? Ступая аккуратно, чтобы не потревожить сон подруги я, поставив поднос, приблизилась к ней и посмотрела внимательно на ее спину. Платье, конечно, было темно-серым, но все равно никаких влажных пятен на спине заметно не было. Может, обошлось, и Лэлу травмировали не слишком сильно?

Я села у окна с книгой и, не раскрывая ее, задумалась: только никак не могла понять, как же я оказалась в такой ситуации? Как мне поступить с Лэлой? Страшно было оставлять ее в этом замке, но без неемне будет очень плохо. Не скучно, а именно плохо. А самое главное, на что ещё способен граф Хартман? Не назло ли мне он подверг мою подругу наказанию?

В дверь снова постучали, я, ожидая, что вернулся Лайонел, уже смелее открыла дверь. Но за ней находился граф Хартман. Мне пришлось приложить усилия, чтобы не захлопнуть дверь перед ним, желательно больнее шлепнув его по носу.