Книга Не время для волшебства, страница 87 – Шинара Ши

— Ива, ты не представляешь, — с порога начала Елена, забежав в лавку к подруге.

Девушка отложила книгу, едва услышала звон колокольчика, и теперь с интересом смотрела на раскрасневшуюся от быстрой ходьбы цветочницу, пребывавшую в каком-то странном воодушевлении.

— И тебе добрый день, — улыбнулась Ива. — И чего я не представляю?

— Вчера в гавань, совершенно неожиданно, причалил фрегат «Верный» и не просто причалил, а с пассажиром. Ни за что не догадаешься, с каким, — Елена хитро прищурилась, ожидая заинтересованности от девушки.

Ива, услышав начало новости, вздохнула и как-то разом поскучнела. Положила в книгу ленту вместо закладки и закрыла ее с тихим хлопком, спустила ноги на пол и пристроила книгу на коленях, рассеянно побарабанив по обложке.

— И привез фрегат несравненную, сногсшибательную леди Вивьен. Глаза, как у лани, талия, как тростинка, волосы, будто вороново крыло, — иронично произнесла травница, скривившись, словно съела что-то кислое. — Вчера имела честь с ней познакомиться, — ответила она на невысказанный вопрос.

Елена растерянно уставилась на обычно доброжелательную подругу, а затем перевела свой взгляд на Шу и Горма, который отчего-то очень благоволил цветочнице и в ее присутствии не сквернословил, а при встрече старательно улыбался. Первое время от этой широкой и клыкастой улыбки Елена вздрагивала, но со временем привыкла и принимала его ограниченные знаки внимания.

— Ревнует, — пояснил Шу, чем вызвал очередной гневный взгляд подруги. — Она на причале вместе с капитаном Стефаном была, а как та, темноокая красотка, на землю ступила, так наш Стефан и тю-тю.

— Угу, — неожиданно поддакнул Горм. — Ревность — плохо! — назидательно и осуждающе добавил он.

Елена понимающе кивнула, что стало последней каплей, переполнившей терпение Ивы. Грохнув книгой по столу, она поднялась на ноги и, уперев руки в бока, возмутилась:

— Может, хватит?! Никого я не ревную, пусть хоть с концами его забирает, мне все равно!

Троица переглянулась,вызвав у Ивы отчаянный стон, а затем Елена, убежденная в правоте версии Шу и Горма, подошла к подруге, обняв ее за плечи.

— Стефан всегда был ветреный, ни одной юбки не пропускал, — доверительно сообщила она. — Так что правильно, пусть себе, — она махнула рукой, — не стоит он тебя. Тебе нужен серьезный, надежный, — напутствовала она подругу, — такой как...

— Ленни, — вклинился Шу.

— Тогда уж Хелен, — возразила с улыбкой Елена.

Ива, не сдержавшись, хихикнула, и вскоре вся компания дружно засмеялась. Всеобщее веселье над немудреной шуткой на какое-то время отодвинуло в сторону дурные предчувствия и тревогу травницы, и вскоре она во всю смеялась над последними новостями, связанными с переполохом в «Сытом еже».

Сидя за столом, подруги оживленно болтали, не подозревая, что вторая новость этого дня торопится на порог лавки.

Осмотрев близнецов, господин Мос, служивший лекарем в Мирном, озадаченно нахмурил брови и потер гладко выбритый подборок. Затем поправил шейный платок и снова потер подбородок, совершенно сбитый с толку и не представляя, что сказать матери, тревожно переминавшейся в дверях детской.

Тяжело вздохнув, он вновь достал из саквояжа с инструментами диагностический артефакт, сделанный из молочного лунного камня, и провел им над одним из близнецов, кажется, его зовут Рон, но лекарь был в этом совершенно не уверен.