Книга За(в)учка против Мертвого Ректора, страница 120 – Лора Импульс

— Академия вас держала, поэтому вы стали призраком?

— Да, это было моё неоконченное дело, — вслед за горстью изюма он отправил в рот конфету, как и пёс, прямо с фантиком; она сверкнула яркой звёздочкой где-то в полупрозрачном горле и исчезла, будто её и не было.

— А потом?

— Я задержался ненадолго, просто посмотреть, как мой мальчик справляется… а тут такая трагедия! Вера! Ну, как я мог его одного оставить! — горестно вздохнул он. — Вы ведь, наверное, ничего не знаете про Веру?

— Мы знаем, — покачала головой Галла, — не только мы: её сестра считает Сомбре виноватым, пытается расправиться с ним, отомстить…

— Отомстить ему?— ужаснулся Персиваль. — Он сам хуже, чем умер в тот день. Как можно желать принести большестраданий человеку, пережившему такое!..

Он возмущённо опрокинул целую кружку чая, но потом сказал уже тихо и печально:

— Впрочем, эта девочка, кажется, была совсем малышкой… она и не знала, что Вера была замужем… а когда она исчезла, конечно же, не понимала, что произошло, почему весь мир позабыл про её сестру…

— Да, ей тогда было пять.

— Но Люсьен… или, может быть… вы пробовали поговорить с ней, объяснить?

— Мы только сегодня узнали, что это Ксера. Но до того уже успело многое случиться.

Галла и Эдвард в подробностях рассказали о последних событиях, и Персиваль лишь скорбно вздыхал, их выслушивая.

— Ламель, конторская крыса, — выдохнул он по завершении, когда и у самого уже и изюм, и чай кончились, — он мне никогда не нравился. Ходил сюда с проверками, был пару месяцев начальником Веры, когда она выпустилась… Я не думаю, что её саму мог он запомнить, но, быть может, знал что-то о её проектах и почувствовал, что в Академии с её гибелью что-то изменилось. А ваша девочка сейчас дала ему ответы. Зря, зря Люсьен его нанял.

Левый Персиваль всё ещё покачивал головой, держа в руке последнюю конфету, когда вернулась его правая половина. Они слились в единую призрачную фигуру и, расправившись со сладостью, вновь заговорили.

— Будучи призраком, слишком уж полезным я в ваших поисках не буду. Но то, на что рассчитывает Люсьен, я, конечно, выполню. Подежурю и у пострадавшего мальчика, и попатрулирую в коридорах, а если что случится, прилечу в ректорский кабинет, — сообщил он. — А вы тоже ступайте к нему. Он считает, что и сам в лесу справится, но уверяю вас, помощь ему не помешает.

Ректорский кабинет был пустым, будто выдохшимся после чьей-то долгой работы. На столе развернутая карта Дилейского леса, утыканная какими-то пометками: крестики, точки, полоски. Каждая линия — тонкая, резкая, уверенная. Почерк Сомбре.

— Смотри, — Эдвард наклонился. — Он что-то вычислял… перемещения? Следы?

— Или узлы, какие-то аномальные зоны, — тихо сказала Галла. Она чувствовала, как предательски ноет в голове хаос: вчерашняя ночь, дневники, разговор с Персивалем… всё навалилось разом. — Мы должны как-то помочь… но я не знаю, как…

Она выдохнула, выложила на стол рядом с картой первый дневник Веры, раскрыла, попыталась читать. Пальцы дрожали — измотанность была не физической. Словно сама её душа была растянута между мирами.

Строки поплыли. Она закрыла глаза, оперлась обеими руками на столешницу.

И почувствовала, как Эдвард осторожно подошёл и обнял её за плечи, будто проверяя, не ранит ли прикосновение. Галла качнулась к нему, доверяясь теплу, которое так контрастировало с холодом межзеркального пространства.