Книга За(в)учка против Мертвого Ректора, страница 122 – Лора Импульс

Он сделал паузу и вновь указал на отметки.

— Вот эти точки — это зеркала в лесу, о которых я знаю. Где-то должны быть ещё, оставленные Ламелем. Он не имунный пространственник,но действует скрытно и безопасно для себя. Вы уже видели, он пользуется только короткими телепортами, значит, где-то есть «дорожка» из близких друг к другу зеркал.

— И вы хотите, чтобы я записывала ваши перемещения и анализировала, куда будет эффективнее отправиться в следующий раз, чтобы с большей вероятностью найти эту «дорожку»?

— Или их самих, если повезёт, — кивнул Сомбре и вдруг тепло добавил: — Вы умница, мисс Винтер, понимаете с полуслова!

Они начинали каждый раз одинаково: зеркальная рябь, короткий толчок перехода — и тёмный лес вокруг. Дилейский лес в сумерках был похож на живое существо: дышал, дергался тенью, замирал, когда они появлялись в новой точке.

Сомбре шагал молча, сосредоточенно. Эдвард — чуть позади, ощущая на себе невидимую границу, разделявшую их: напряжение, которое они оба старались игнорировать.

Ритуальные круги — заросшие, оплывшие, давно потерявшие силу — они проверили один за другим. Каждый раз возвращались в кабинет: Галла с надеждой ждала их у стола и со вздохом отмечала очередную пустую точку.

— Следующий, — коротко говорил Сомбре.

И они снова пропадали в зеркале.

Так продолжалось с десяток раз: одно и то же тёмное небо над головой, та же почти полная луна, голые ветки, остатки старых магических узоров, которые давно не удерживали ничего сильнее лесного ветра.

Древние круги были осмотрены все, пришла пора заняться полянами. Это было сложнее — разбрасыванием наблюдательных зеркал в ничем не примечательных участках леса никто намерено не занимался, потому приходилось телепортироваться к перекрёстку или какому-либо редкому дереву, отмеченному когда-то одним из хранителей, а уже потом идти пешком.

Сами же лесные порталы зеркалами в привычном смысле не были. Чаще небольшие будто декоративные металлические фигуры или осколки кварца в переплетениях корней, ветвей, дуплах.

Прыжок. Зеркальная вспышка. Слабое покачивание под ногами.

Сомбре смотрел вокруг так, будто взглядом «ощупывал» мир, выискивал рябь, искривление, блеск.

А Эдвард, едва приходил в себя после более неприятной телепортации, как снова закрывал глаза, вбирая воздух, и выдыхал одно из скорее охотничьих, чем именно боевых заклинаний — тепловидение. Словно волна неяркого красноватого света разбегалась от него, выхватывая в пространстве яркие точки.

В самый первый раз Эдвард, чтобы не тратить зазря силы, так перенастроил заклинание, что мыши, ежи и лисицы в его поле уже не попадали, только кто покрупнее. Несколько раз он видел лесных оленей, дважды спящих улитконосов. Однажды огромного выползня, который оказался сам чувствителен к магии и едва не решил, что боевой маг очень даже похож на ужин.

Эдварду было любопытно, окажется ли Сомбре теплокровным, еслипопадёт в поле действия. Но тот на десять шагов не отходил, а в непосредственной близости заклинание не работало.

Они почти не говорили — только короткие фразы, предупреждая о препятствиях или стараясь обратить на что-то внимание. Просто шли рядом, погружённые в собственные думы.

Но в одном из прыжков всё пошло иначе.

Они вышли на просеку, тихую и почти равнодушную к их появлению. Ректор сделал пару шагов вперёд, приподнял голову — искал зеркала, пытаясь уловить характерный блеск или дрожь поверхности.