Книга Крылья бабочки, страница 7 – Рико Сакураи

Решив подбодрить дочь, Тамэтоки добавил:

– На днях в имение прибудет твоя тетушка Масамунэ Найси. Она всегда считалась рачительной и мудрой хозяйкой. Поэтому именно она поможет мне в приготовлении к празднеству.

Действительно, при упоминании тетушки Мурасаки оживилась и воскликнула с нескрываемой радостью:

– Неужели Аяко приедет тоже?

– Разумеется! Тетушка приедет вместе с ней. Куда же мать без дочери?! К тому же, насколько мне помнится, вы с Аяко всегда ладили.

Теперь Мурасаки счастливо улыбалась.

– Спасибо, отец.

– Да, и как только госпожа Найси прибудет в имение, сразу же обсуди с ней свой наряд. Ты должна выглядеть безупречно. Не забывай: ты почти невеста и фрейлина матери-императрицы!

Мурасаки в страшном смятении покинула комнату отца. Даже в своем тайном убежище в саду не получилось найти покой, поэтому пришлось отправиться к синтоистскому святилищу.

Это тоже не помогло, и весь остаток дня прошел как в тумане. Наконец солнце начало клониться за горизонт, наступил час Кабана, но Мурасаки не могла заснуть. Мысль о том, что она скоро выйдет замуж и будет служить матери-императрице, не приносила умиротворения. «Ах, будь матушка жива, мне не пришлось бы так скоро покидать отчий дом и с замужеством можно было бы повременить… Но матушки больше нет среди живых, она в садах Аматэрасу^[7], а мне суждено стать женой Кейко…»

Задремать удалось только под утро.

Через три дня, на исходе часа Лошади, в имение прибыла тетушка Найси вместе с Аяко и целым отрядом прислуги. Тамэтоки был несказанно рад приезду свояченицы и поспешил навстречу многочисленной процессии, как только увидел, что гости оказались во дворе.

Когда из крытой повозки, затянутой ярко-зеленым шелком, появилась Масамунэ Найси, Тамэтоки тотчас подхватил долгожданную гостью и помог спуститься на землю.

– О, Будда Амида! – воскликнула свояченица, использовавшая выражения из новомодного буддизма, однако так и не забывшая веру предков. – Господин Тамэтоки! – воскликнула она и буквально упала в объятия хозяина дома.

– Госпожа Найси! Как я рад вас видеть! – вторил тот, ставя гостью наземь. – Надеюсь, дорога не утомила вас?

Найси, почувствовав под ногами песок двора, чинно поклонилась свояку.

– Дорогой мой Тамэтоки, мы с дочерью очень утомились. Дороги ужасны! Увы, ведомство, которому поручено следить за ними, бездействует. Мою повозку так трясло – думала, не доеду, отправлюсь раньше времени в Чистые земли^[8]. Правый министр занят лишь обустройством столицы! А как же Момодзоно и Нисиномия – знаменитые предместья Хэйана?! Добираться от них до столицы просто мучительно!

Госпожа Найси очень радела за Нисиномию, потому как именно в этих землях располагался дворец с одноименным названием, принадлежащий ее мужу, губернатору околостоличных провинций. К тому же Нисиномия какое-то время являлась императорской резиденцией. Это было примерно полвека назад, когда сын одного из императоров от наложницы безжалостно сверг своего высокородного родителя и узурпировал власть.

Тамэтоки несколько опешил от бури эмоций свояченицы, но он любил Масамунэ Найси, как брат, ведь Найси была родной сестрой его покойной жены.

Тем временем из повозки выглянула прелестная Аяко.

– Великие боги! Племянница! – воскликнул Тамэтоки и протянул к девочке руки.