Книга Крылья бабочки, страница 73 – Рико Сакураи

Глава 9

Ожидание

В конце восьмой луны во дворец стали стекаться высшие придворные чины и столичные аристократы, чье присутствие при предстоящих родах считалось необходимым или возможным, а также люди низкого ранга: поэты, художники, прорицатели, которых никто не звал.

Вокруг дворца Цумикадо появились шатры из плотной китайской шерсти. Внутри каждого из них стояли, щедро распространяя тепло, по две-три жаровни. Там гости проводили дни, а ночами располагались на мосту или же на веранде в восточном крыле, музицируя до рассвета. Молодые придворные, не слишком искусные в игре на кото и флейте, соревновались в умении возглашать сутры или же распевали песенки, чуть ранее сочиненные присутствующими здесь столичными поэтами.

Многие фрейлины, покинувшие службу у матери-императрицы ради того, чтобы жить в родных стенах в кругу семьи, также прибыли во дворец, но, уже успев привыкнуть к домашнему покою и уюту, они с трудом переносили пребывание в одном из павильонов и даже жалели, что приехали, потому как совершенно терялись в царившей вокруг суете.

В эти дни Митинага и Мурасаки встречались только на людях, уединиться было просто негде. К тому же среди приглашенных гостей числился Фудзивара Нобутака, муж фрейлины, и вторая жена Первого министра.

Мурасаки вяло поприветствовала своего супруга. Тот не обиделся, решив, что жена слишком устала, прислуживая Благородной супруге. Сановник даже испытывал гордость за нее: не каждой фрейлине довелось так возвыситься. «Она красива, умна, образованна, – думал муж, глядя на жену, – да к тому же пишет отменную прозу и стихи, благодаря чему занимает почетное место при дворе. Что еще мне нужно? Наверное, следовало приехать навестить жену раньше, а я все тянул и тянул».

Тем временем Мурасаки пригласила придворных дам в покои Акико, где юная Благородная супруга собственноручно одарила каждую гостью флакончиком благовоний.

К вечеру любимая фрейлина госпожи Тюгу так устала, что вовсе не хотела проводить ночь в объятиях своего супруга, но тот разбил шатер подле дворца и с нетерпением ожидал встречи. Жене ничего не оставалось делать, кроме как отправиться на свидание…

Нобутака был нежен и предупредителен. В какой-то момент Мурасаки показалось, что муж знает о ее связи с Фудзивара Митинагой. И она подумала: «Ну и пусть. Ведь жизнь так коротка. Мой муж познал многих женщин, а я – всего лишь трех мужчин».

Нобутака, развязав тонкий пояс, поддерживающий кимоно супруги, хоть и был объят нетерпением и страстью, но все же нашел время и продекламировал специально сочиненные для такого случая стихи:

Через некоторое время, утром девятого дня девятого месяца, супруга Митинаги, дабы выказать свое почтение отправила Мурасаки шелковую ткань, благоухающую ароматом хризантем. Подарок принесла компаньонка, которая смиренно поклонилась фрейлине, протянула ткань и произнесла:

– Моя госпожа прислала вам это, дабы отпугнуть старость.

Мурасаки прекрасно знала, о каком обычае идет речь: если обтереть лицо тканью, пропитавшейся росою с хризантем в девятый день девятого месяца, то это сохранит молодость. Однако фрейлина заподозрила жену Первого министра отнюдь не в лучших побуждениях, неспешно приблизилась к компаньонке и придирчивым взором окинула свернутый вчетверо кусок шелка. Девушка держала его как-то странно, положив поверх рукавов кимоно, словно опасаясь соприкоснуться с ним обнаженной кожей.