Книга В плену романа, страница 106 – Ракель Арбетета

На протяжении всего дня Этель избегала меня, улыбаясь, но держась на расстоянии, так что у меня еще не было возможности подтвердить свою гипотезу. Пока. Но я ее поймаю и выведу на чистую воду. Или же найду «настоящего убийцу», подтвердив теорию Сэмюэля.

К слову, о последнем: на этот раз уже я избегаю его.

Я знаю, что не смогу делать это бесконечно. Ведь мы вдвоем исполняем первое музыкальное произведение, открывающее сегодняшний концерт.

Мы почти не репетировали, но мне все равно. Разумеется, мы с Китти приезжали в дом Китингов каждый день на этой неделе. Мы с Сэмюэлем пару раз сыграли сюиту Баха под пристальным надзором баронессы. Тем временем Китти должна была разыгрывать свои романтические сцены с Джорджем, а я – быть ее наперсницей.

Это стало моим единственным утешением. Теперь, когда я примирилась с персонажем Китти и знаю, что ее ожоги и желание поспать подольше – это последствия тайного героизма в преступном мире, ее общение с герцогом меня просто умиляет.

На самом деле теперь я считаю, что это он не заслуживает ее.

Разумеется, я не могу судить беспристрастно. Мужские персонажи успели разочаровать меня как по сюжету истории, так и вне его.

Мои подруги Элис и Джиллиан обвинили бы меня в том, что я слишком цинична. И да, на этот раз я признаю это без колебаний.

Я цинична, потому что думала, что у нас с Сэмюэлем было нечто настоящее. Особая связь, взаимопонимание, бешеная химия. Наш с ним поцелуй стал… Словом, лучшим из всех, что у меня когда-либо были. Наше с ним вечное противостояние заставляет мою кровь вскипать (на этот раз в хорошем смысле), а мои глаза продолжают искать его (хотя я уже сто раз пообещала себе этого не делать).

Я ненавижу себя за то, что втрескалась в него, как идиотка, а он не хочет иметь со мной ничего общего.

Мне не стоило расслабляться, разве не я сама говорила себе в начале сезона: «в этом романе нет места для новой любовной линии, и уж точно не для той, где я в главной роли».

Спасибо тебе, Лаура из прошлого. Очевидно, что ты была умнее, чем твой двойник из настоящего. В этом мире я совсем отупела.

– Лавиния, дорогая, пора! Займи свое место у рояля, да побыстрее! Лорд Хаскелл ждет.

У меня сжимается желудок.

Может быть, причина моей интеллектуальной деградации не в этом романе. А все дело в заклятом враге каждой девушки: (безответной) любви.

Гости занимают свои места в креслах просторного салона, а я медленно иду к роялю.

В первом ряду сидит граф Седдон рядом с королевой Шарлоттой, которая играет со своим маленьким Меркурием II на коленях. По другую сторону от королевы расположилась Китти, которая будет выступать после нас, и Джон Китинг, который будет аккомпанировать ей на скрипке. Китти что-то говорит, и королева смеется. Чуть позади Этель Седдон щурится, глядя на соседей впереди, а Пэтти Макдональд обмахивается веером – ее щеки раскраснелись от нервного напряжения, а глаза прикованы к ряду кресел перед ней.

Сверху пролетают феи и рассыпают свою золотую пыль над зрителями, подсвечивая драгоценные камни на головных уборах, черный атлас нарядов дам и темный бархат лацканов у мужчин.

Леди Реммингтон была права, Сэмюэль уже ожидает меня со своей скрипкой в руке. Он наблюдает за мной с той же дистанции, что и в первый день нашего знакомства. Я игнорирую его, как и тогда, но это, конечно, ложь, потому что в глубине души я все равно осознаю его присутствие. Когда подхожу, когда сажусь на табурет, когда кладу ненужную мне партитуру на нотную подставку.