Книга Я отменяю казнь, страница 120 – Валерия Войнова

Мило сел за стол, ссутулился, копируя позу уставшего ученика, и придвинул к себе книгу.

— Какая легенда сегодня? — деловито спросил он, не оборачиваясь.

— Зубная боль, — Дариан застегнул куртку друга. Ткань была грубой, но в ней было легче дышать. — Если кто-то войдет — прижми платок к правой щеке и не разговаривай. Просто мычи и тычь пальцем в книгу. Ансей терпеть не может, когда дети ноют, он сразу уйдет.

Мило хмыкнул.

— Понял. Иди. И, Дариан…

— Что?

— Не попадись. Если Ансей найдет тот лаз, он замурует его. Вместе со мной.

Дариан сжал зубы. Взгляд стал злее. Они оба понимали своё положение.

Дариан подошёл к камину. Справа от него, скрытая тяжелой портьерой, находилась панель из темного дуба. Резьба изображала переплетение виноградных лоз. Нажал на третий лист снизу и пятую ягоду сверху. Дерево под пальцами отозвалось не холодом, а странным, живым теплом. Оно узнало его. Дариан почувствовал легкий укол в подушечки пальцев — невидимая игла взяла пробу ауры.

Это была «Защита Крови». Древняя магия Основателей, вшитая в фундамент дворца. Она открывалась только прямым потомкам династии. Для всех остальных — включая Ансея с его хвалеными охранными плетениями — этой двери просто не существовало. Хранитель мог стоять здесь часами, сканировать стену своими заклинаниями, но он увидел бы только глухую кладку. Потому что для магии дворца Ансей был никем. Чужаком. Но вот поймать на выходе он мог. И разнести здесь всё.

Щелчок был тише, чем вздох. Панель отъехала в сторону, открывая узкий, темный провал. Технический коридор. Когда-то, лет сто назад, через него слуги обслуживали систему вентиляции зала Совета. Теперь о нем забыли все, кроме крыс и одного слишком любопытного мальчика, который изучил старые чертежи прадеда в библиотеке.

Дариан шагнул в темноту. Панель за спиной встала на место, отсекая свет и уют. Здесь пахло старой пылью, сухой древесиной и тайнами. Дариан глубоко вдохнул. Этот спертый воздух нравился ему больше, чем ароматы духов в тронном зале. Потому что здесь он был не «Вашим Высочеством», а охотником в засаде.

Он двигался быстро и уверенно, не задевая балок. Темнота не пугала. Пугало то, что происходило там, внизу, на свету. То, как медленно угасал отец. То, как по-хозяйски Ансей распоряжался во дворце.

Дариан добрался до конца туннеля. Здесь полобрывался, переходя в вентиляционную решетку, скрытую в тени массивной люстры Малого Тронного зала. Он лег на живот, подполз к самому краю и заглянул вниз.

Сцена внизу была как на ладони. Круглый стол. Карты. И хищники, которые собрались делить добычу.

Внизу, в круге света от магических ламп, сидели те, кто владел страной.

Во главе стола — Отец. Император Эландир.

Дариан прижался щекой к холодному металлу решетки, разглядывая его. Император выглядел… пустым. Его кожа была серой, пергаментной, а глаза подернуты мутной пленкой, как у больной рыбы. Перед ним стоял кубок с вином, от которого поднимался сладковатый, пряный пар. Дариан знал этот запах — анис и дурман. Лекари Ансея называли это «Укрепляющим тоником». Но каждый раз, когда отец выпивал его, он становился вялым и покорным, часами разглядывая свои астрономические карты и бормоча что-то про парад планет.

Почему никто не видит, что Император спит наяву? Почему никто не позовет других лекарей?