Книга Я отменяю казнь, страница 76 – Валерия Войнова

— Приходили двое. Не клерки. «Инспекторы» по надзору. Плечи шириной с дверной проем, кулаки с пивную кружку. Официальные представители Гильдии Писцов.

Взяла лист. Бумага была дешевой, шершавой, но печать внизу стояла настоящая, гербовая. Начала читать, и буквы, написанные казенным почерком, казались мне приговором.

«Уведомление о нарушении».

«Касательно ведения ремесленной деятельности без надлежащего патента категории А…»

«Нарушение уложений Гильдии… Недобросовестная конкуренция…»

«Штраф в размере ста золотых крон. Предписание о немедленной приостановке работы».

— Они сказали, что мы сбиваем цену, — пояснил Ривен глухим голосом. Он сплюнул на пол, забыв о манерах. — Что мы лезем в их огород, воруем их хлеб. И что если мы не купим лицензию до следующей пятницы, у нас может случиться… «досадная производственная авария».

— Пожар, — перевел Бреон, снимая очки и устало протирая глаза. — Они сказали, что деревянные дома на улице Ткачей горят очень быстро. Особенно, если внутри много бумаги.

Я смотрела на серый лист, но видела не текст. Я видела свое прошлое.

В памяти, яркой вспышкой, всплыл разговор двухнедельной давности. Первый день работы лавки. Бреон тогда сказал мне, осторожно и вежливо:«Госпожа, по правилам города нужно подать заявку в Гильдию и оплатить взнос. Иначе будут проблемы».

Что я ответила тогда?

Я отмахнулась. Небрежно, как от назойливой мухи.«Потом, Бреон. Запиши в список. У нас нет времени на бюрократию, мы спасаем семью».

Я закрыла глаза. Стыд жёг меня изнутри каленым железом. Я возомнила себя великим стратегом. Я двигала фигуры на доске с Ансеем, я меняла реальность на мосту, я чувствовала себя всесильной кукловодом.

И я забыла о фундаменте.

Я не записала это в план. Я не выделила бюджет. Я просто решила, что я — леди Вессант, и мелкие правила писарей меня не касаются. Это была гордыня. Чистая, незамутненная гордыня аристократки, которая решила поиграть в бизнес.

И теперь эта «мелочь» пришла, чтобы сжечь мой единственный настоящий штаб.

— Сколько? — спросила я, и мой голос прозвучал чужим, хриплым.

— Пятьдесят золотых в месяц. И вступительный взнос — двести, — ответил Бреон. — Это грабеж, леди Лиада. Мы не зарабатываем столько. Даже с вашими вложениями касса не потянет.

Я скомкала уведомление в кулаке. Бумага жалобно хрустнула. Пятьдесят в месяц. Это вся наша чистая прибыль. Если платить — лавка станет бессмысленной, мы будем работать только на то, чтобы кормить толстых гильдейских начальников.

Если не платить — нас сожгут. И никакой Ривен с ножом, никакой засов не помогут против факела, брошенного в окно глубокой ночью.

— Я хотел спустить их с лестницы, — сказал Ривен. Он снова начал вертеть нож, и лезвие хищно бликовало. — Переломать им ноги в переулке. Объяснить, что сюда лучше не ходить. Но старик сказал…

— …что тогда они придут с городской стражей, — закончил Бреон. — И будут правы. Мы — нарушители, госпожа. У нас нет бумаги. Мы работаем в тени, а они — на свету.

Я опустилась на стул для посетителей. Ноги не держали. Это не происки Ансея. Это не интриги Дознания. Это моя личная, персональная ошибка. Я построила замок на песке, забыв укрепить основание.

— Это моя вина, — сказала я. Слова давались тяжело, они царапали горло. — Я должна была послушать вас, Бреон. Я должна была предусмотреть это в бюджете. Я была… самонадеянна.