Книга Я отменяю казнь, страница 77 – Валерия Войнова

Ривен перестал играть ножом. Он посмотрел на меня с удивлением. Видимо, не привык, чтобы наниматели признавали ошибки.

— Что будем делать? — спросил он уже спокойнее. — Закрываемся? Бежим? Или будем драться?

— Драться силой нельзя, — я покачала головой. — За Гильдией стоит закон и Мэрия. Если мы тронем их людей, нас раздавят официально. Насобъявят бандитами.

Я расправила скомканный лист на колене. Разгладила его ладонью. Выхода не было. Платить мы не могли. Воевать мечом — тоже. Оставался только один путь. Тот самый, который я презирала, но который знала лучше всего. Путь крысы, загнанной в угол.

— Нам нужно время. И мне нужно исправить свою ошибку. Не силой, а умом.

Я встала. Подошла к двери и перевернула табличку: «ЗАКРЫТО».

— Бреон, пишите объявление: «Ревизия». Закрываем лавку. До особых распоряжений.

— А в пятницу? — спросил старик с сомнением. — Они вернутся за деньгами. Или с огнем.

— До пятницы я найду способ заставить их забыть о нас.

Я обернулась к ним. В моих глазах больше не было растерянности. Была холодная, злая решимость.

— Они давят законом? Отлично. Мы ответим тем же. Гильдии имеют налоговые льготы от Короны. Огромные льготы. В обмен на социальные обязательства: содержание приютов, обучение сирот, бесплатные письма для бедняков… Я сильно сомневаюсь, что эти господа с бычьими шеями тратят взносы на благотворительность.

— Вы хотите найти на них компромат? — догадался Бреон, и его очки блеснули. — В Архиве?

— Именно. Я найду, где они воруют у Короны. Я перерою каждый их отчет за десять лет. Я найду мертвые души в их приютах и приписки в их сметах. И тогда мы поговорим о цене лицензии по-другому.

Это была тяжелая задача. Титаническая. У меня было два дня выходных. Мне придется "ночевать" в Архиве, дышать пылью, портить глаза. Но я должна это сделать. Сама. Чтобы доказать себе, что я могу не только создавать проблемы, но и решать их.

— Закрывайте все, — скомандовала я. — Ривен, проводи Бреона домой и подежурь здесь ночью. На всякий случай. Если увидишь кого с факелом — бей, но не насмерть.

— Будет сделано, — он спрятал нож. — А вы?

— А я еду домой. Мне нужно выспаться. Завтра у меня свидание с бумагой.

Я вышла на улицу. Солнце все еще светило ярко, но мне было холодно.

Ненавижу ошибаться. Слишком дорогая цена у моих ошибок. И теперь мне придется разгребать последствия очередной ошибки голыми руками, чтобы спасти то, что я сама подставила под удар.

Лиада

Закатное солнце заливало город густым, тревожным багрянцем, превращая привычные очертания крыш в раскаленные угли. В особняке уже зажигали свет, но тени по углам казались гуще обычного.

Тяжесть серого листа с предписанием Гильдии ощущалась сквозь ткань дорожного платья, словно к бедру приложили кусок льда. Двести золотых. Или огонь. Эта мысль пульсировала в висках тупой, ноющей болью, заглушая усталость.

Хотелось тишины. Хотелось смыть с себя пыль города, запах дешевых чернил и липкий страх, который преследовал меня весь день. Но вечер не обещал покоя. Он требовал фасада.

В моей спальне было душно. Камин жарко натоплен, пахло пудрой, нагретым металлом щипцов для завивки и приторным ароматом лилий, огромный букет которых стоял на туалетном столике.

Посреди комнаты, словно алтарь жертвоприношения, возвышался портновский манекен.
На нем висело облако.