Книга Тропой забытых душ, страница 146 – Лиза Уингейт

От Эдвина никакой информации получить не удалось. Он уже четыре дня лежит под наркозом после экстренной операции по удалению жидкости из мозга. По официальной версии, лошадь испугалась, оступилась и упала. Просто не повезло. Неофициально многие знают, что именно эта лошадь опытна и спокойна. Это крепкий и ловкий пони из тех, что чокто когда‑то выращивали в этих горах, надежный и слишком благоразумный, чтобы испугаться собственной тени и кубарем покатиться по склону.

Втихомолку подозревают, что Эдвин и Рой оказались мишенью для кого‑то, решившего преподать урок. Недовольный местный житель, которого раздражают туристы, сосновые свиньи и правительственные постановления? Владельцы делянки с травкой или подпольной метамфетаминовой лаборатории? Кто‑то из сторонников Паркера?

– В любом случае целью номер один была я, получила на этот счет записку, а последствия задели Эдвина. Я, как выразился Аррингтон, хожу по тонкому льду.

Он был очень недоволен, что я отправилась за сбежавшей лошадью Эдвина в одиночку. «Скверная затея, учитывая, что в последнее время вас преследуют неприятности, Борен-Оделл».

За нотацией скрывалось предупреждение: «Разворошишь гнездо слишком сильно – получишь перевод в другое подразделение и вовсе не на повышение. Следующим местом работы окажется какое‑нибудь захолустье СНП. Если это следующее место вообще будет».

И все же я здесь, вопреки всякому здравому смыслу, ищу совета… или другую точку зрения у единственного союзника, на которого могу рассчитывать.

– Дело не только в том, что уже темнело, – признаюсь я. – За мной следили. Я слышала… звуки, и не один раз. Но когда останавливалась приглядеться, преследователь тоже останавливался. Животные так не поступают. А вот человек – да. В конце концов я взглянула на склон через бинокль, а потом поехала дальше, потому что была одна.

– Хорошее решение.

– Я видела множество следов ниже того места, где началось падение, но, глядя снизу вверх, трудно разобрать, чем оно было вызвано. Во всяком случае, в бинокль. – Я снова касаюсь карты. – Если откуда‑то отсюда упал камень, да такой, чтобы вспугнуть лошадь, скорее всего, он оставил какие‑то следы. Верно?

– Логично…

Облокотившись о стол и упершись подбородком в ладонь, он прижимает большой палец к нижней губе. Похоже, всегда в этой позе думает. Когда заинтересован.

– Рой сказал, что кое-что слышал до того, когда закричал Эдвин. Будто по склону горы скатывался камень. – Я много раз мысленно анализировала это обстоятельство и всегда приходила к одному и тому же выводу. – Но самого камня Рой не видел. Если кто‑то стрелял в Эдвина из винтовки малого калибра… например, двадцать второго, с глушителем, звук, особенно в горах, именно такой: удар камня о камень. Может, Рой слышал, как пули поражают скалу, а потом эхо. – Хорошо бы уловить реакцию Кертиса, но это непросто. – Я ошибаюсь? Что думаешь?

«Я тебе доверяю». Такого я не говорила никому за пределами семьи… с тех пор, как погиб Джоэл. Расследование его смерти было коротким и поверхностным. Всё свалили на погодные условия, а не на ошибки в решениях руководителя штаба.

– Это возможно.

– Что я ошибаюсь или что права?

– И то и другое. – Как я мысленно и просила, он предельно честен; это больно. – Но у тебя хорошее чутье, Вэл. Думаю, ты права насчет Сидни и, полагаю, не ошибаешься насчет Элтона Паркера, хоть я его и всю жизнь знаю. Проблема в том, что никак не получается соединить все части головоломки. Не то, что ты хотела бы слышать, но придется принять тот факт, что попытка пробить брешь в этой стене может и не увенчаться успехом. Если расследование развалится, все рухнет прямиком на тебя.