Онлайн книга «Охота на охотника»
|
– Нет, – покачал головой эксперт. – Ни захудалых колечек, ни перстней с бриллиантами. Но это ни о чем не говорит. Кожа отслаивается, фаланги деформируются, кольца могут просто не удержаться на них… – Марку машину, тем более номер, определить невозможно? – Потребуется время. – Хатынский задумался. – В принципе, если покумекать, машину можно приподнять, а то и извлечь… Будет приказ – будем и думать, – пожал он плечами. – Техника нужна, а где ее взять? – Я понял. В последние месяцы люди в округе пропадали? – Пропадали, – вздохнул капитан милиции. – Понимаю, куда вы клоните, товарищ. Эту статистику мы уже обработали. Пропадали мужчины, пропадали женщины, пропадали дети. Одних находили – живых или мертвых, другие исчезли бесследно. Но чтобы целыми семьями… Такого не было. Да и разве такое утаишь? Люди растрезвонят на всю ивановскую. А тут ведь явно семья. Мама, папа, я… – Истомин передернул плечами. – Черт, у меня у самого дочери шестой год. Не дай бог… В общем, мы все, что нужно, проверили, товарищ. Не было такого, чтобы семья исчезла, – ни в нашем регионе, ни в соседних. За Москву не скажу, там вы хозяева. Что касается категорий граждан, не поддающихся учету… теоретически это могут быть цыгане. У этих, если что случается, в милицию не заявляют, сами вопросы решают. Могут быть приезжие – например, из другой республики: Молдавия, Украина, Казахстан… – Доставать машину надо, – неуверенно сказал Костров. – В ней могли остаться вещи, документы… «Не могли там остаться документы, – подумал он мрачно. – Документы остались в квартире Шаламовых». Возникало тягостное ощущение, что все придется начинать сначала. – Давайте доставать, – покладисто согласился Истомин. – Поступит приказ – будут и действия. На болото поедете, товарищ? Только мрачновато там, я бы не советовал, улик все равно не соберете – наши мастодонты там все затоптали. Или ограничитесь беседой с рыбаками? – Посмотрим, – вздохнул Костров. – Может, и побеседуем. Но что придется делать точно – это отправлять тела в Москву… Маховик вертелся, но уже по инерции. Оперативно-розыскные мероприятия понемногу сворачивались. Машину из болота извлечь не смогли, хотя подтащили автокран, установили все упоры. Крюками что-то подцепили, стали тащить. Металл рвался, извлекли насквозь проржавевший кусок кузова, который ни о чем не говорил. При этом машина, утонувшая в трясине, погрузилась еще глубже, и дотянуться до нее не могли никакими крюками. Двое спасателей при этом чуть не утонули. «Лодку «Наутилус» подгонять надо, – мрачно шутили люди. – И десант водолазов из нее высаживать». Останки перевезли в Москву, держали в холодильниках. Какому умнику явилась светлая мысль предъявить их для опознания Алле Михайловне Купцовой? Майор бы сам ему горло вырвал. Но это произошло – без его ведома и в его отсутствие. Самое поразительное, что Алла Михайловна опознала дочь и внучку! Она не могла это сделать, но тем не менее. Сработал материнский инстинкт? Мог ли он подвести? Все возможно. В такие дебри психики и психологии майор Костров пока не забирался. Алла Михайловна смертельно побледнела, зашаталась, затем заплакала, встала на колени: «Доченька моя, внученька моя…» А присутствующие сотрудники делали сочувствующие лица и удивленно переглядывались. Врач дежурил за дверью, убитой горем женщине сделали укол и дали таблетку под язык. Хоть об этом позаботились. Вадима Шаламова гражданка Купцова не опознала, да с нее этого и не требовали. Кто еще мог находиться рядом с Аленой и Леночкой? Аллу Михайловну отвезли домой, оставили на попечении Надежды. Появилась определенность, и это, как ни странно, прибавило сил. Второго удара не последовало. Когда Алексей приехал к ним вечером, Алла Михайловна спала после приема седативного препарата, а Надежда сидела в гостиной и решала шекспировскую проблему: «пить или не пить». Появление человека из прошлого склонило весы сомнений в пользу первого. |