Книга Мисс Пим расставляет точки, страница 68 – Джозефина Тэй

Вместо этого она сидела у окна в гостиной, ожидая, пока преподаватели соберутся вместе, чтобы идти в столовую; глядя на студенток, возвращающихся из церкви, Люси думала: а может, набраться храбрости и решимости, найти мисс Джолифф и все-таки попросить у нее сэндвичей? Или просто выйти из колледжа, не сказав никому ни слова, – в конце концов, никто еще не умирал с голоду в английской провинции, даже в воскресенье. Как говорила Детерро, всюду есть деревни.

Детерро первой вернулась из церкви, неторопливая в движениях, элегантная, как всегда. Люси высунулась из окна и сказала:

– Поздравляю вас с хорошим знанием ключиц.

Накануне вечером, отправляясь спать, она взглянула на доску.

– Да, я сама себе удивилась, – ответила Нат Тарт. – Бабушка будет довольна. «Первая степень» – звучит так славно, правда? Я похвасталась этим перед своим кузеном, но он сказал, что так делать неприлично. В Англии принято ждать, пока тебя спросят о твоих успехах.

– Да, – грустно сказала Люси. – И хуже всего то, что очень мало кто спрашивает. Число тех, кто ставит свечу в подсвечник и светит во всем доме, в Великобритании трагично мало.

– Не в Великобритании, – поправила Нат Тарт. – Он говорит – мой кузен, – что севернее реки Твид хвастать можно. Знаете, это река на границе Англии и Шотландии. Рик говорит, что в Данбаре вы можете хвастаться, а в Бервике – нет.

– Мне бы хотелось познакомиться с Риком, – сказала Люси.

– Кстати, он думает, что вы – чудо.

– Я?

– Я рассказывала ему о вас. Мы в антракте говорили только о вас.

– О, вы ходили в театр?

– Ходил он. А меня повели.

– Значит, вам не понравилось? – спросила Люси, аплодируя в душе молодому человеку, который заставил Нат Тарт делать что-то, чего ей делать не хотелось.

– О, это было, как говорится, «не слишком плохо». Когда есть немного высокопарности – это даже приятно – для разнообразия. А балет мог бы быть лучше. Он танцор manqué^[32], этот тип.

– Эдвард Эйдриан?

– Да. – Мысли Нат Тарт, похоже, отклонились в сторону. – Англичане носят шляпы только одного фасона, – произнесла она задумчиво. – С поднятыми сзади и опущенными спереди полями.

С этими словами она направилась в обход дома, оставив Люси размышлять, относилось это неожиданное замечание ко вчерашней публике или было вызвано появлением на подъездной аллее Дэйкерс. Воскресная шляпка Дэйкерс была действительно просто улучшенной копией шляпки, которую та носила в школе, и выглядывающее из-под узеньких полей милое улыбающееся, похожее на мордочку пони личико казалось еще более юным, чем всегда. Увидев мисс Пим, Дэйкерс широким жестом сняла шляпу и громко выразила радость, что видит Люси в добром здравии после суровых испытаний вчерашнего вечера. По ее словам, это было первое утро за всюее, Дэйкерс, жизнь в колледже, когда она не смогласъесть пятый кусок хлеба с джемом.

– Обжорство – один из семи смертных грехов, – заметила Дэйкерс, – так что сегодня утром мне необходимо было исповедаться. Я пошла в баптистскую церковь, потому что она ближе всех.

– И вы чувствуете облегчение?

– Не знаю, чувствую ли я облегчение, теперь, когда вы спросили об этом. Все было похоже на обыкновенную беседу.

Люси поняла это так, что пристыженная душа испытывала потребность в церковном ритуале.

– Во всяком случае, дружескую.