Книга Мисс Пим расставляет точки, страница 65 – Джозефина Тэй

– Это кощунство – пить шампанское из стаканов для чистки зубов, – сказала Хэсселт.

– Ничего, мы выпьем его как аперитив. Как отдельное блюдо. Давайте сюда свои стаканы. Мисс Пим, кресло – для вас.

Плетеное кресло было выдвинуто, и на него положили целую кипу разноцветных подушек; если не считать жесткого стула у письменного стола, это было единственное в комнате законное место для сидения; остальные участницы празднества принесли с собой подушки, бросили их на пол и теперь расселись на них, поодиночке или кучками, как котята на кровати. Кто-то набросил желтый шелковый платок на лампочку, так что обычно резкий яркий свет смягчился, став золотистым. Бледно-голубые сумерки за распахнутым окном служили как бы задником декораций, задником, который скоро должен был потемнеть. Вечеринка была такой же, как любая студенческая вечеринка во времена, когда Люси училась в колледже, только все было красочнее, ярче. Потому ли, что цвета подушек были более веселыми? Или потому, что девушки были красивее: у них не было прямых свисающих волос, не было очков, не было студенческой бледности. Нет, конечно, дело не в этом. Люси поняла – в чем. Не было сигаретного дыма.

– О’Доннелл еще нет, – сказала Томас, забирая стаканы у гостей и ставя на покрытый белой материей стол.

– Она, наверно, помогает Роуз установить бум, – сказала одна из Апостолов.

– Вряд ли, – отозвалась другая. – Сегодня суббота.

– Даже в К. Ф. О. по воскресеньям не занимаются, – добавила третья.

– Даже Роуз, – заключила четвертая.

– Мисс Роуз все еще тренируется в движении с вращением? – спросила Люси.

– О да, – ответили ей. – Она будет продолжать до дня показа.

– Когда же она находит время?

– Утром, как только оденется. До первого урока.

– В шесть утра! – ужаснулась Люси. – Кошмар!

– Время не хуже любого другого, – возразили ей. – По крайней мере ты еще свежая, и торопиться не надо, и весь зал – твой. А кроме того, это единственное возможное время. Бум должен быть убран до первого урока.

– Ей не обязательно тренироваться, – сказала Стюарт. – Навык вернулся. Но она безумно боится снова потерять его перед показом.

– О Господи, я могу это понять, – посочувствовала Дэйкерс. – Подумать только, какой идиоткой будешь чувствовать себя, если повиснешь на буме, как больная обезьяна, и вся элита на тебя смотрит, и фрекен просто пронзает тебя этими своими глазами. Господи, смерть покажется тут счастливым избавлением. Если Донни не на поденщине у Роуз, то где же она? Только ее не хватает.

– Бедная Дон, – вздохнула Томас, – у нее еще нет места. – Томас, получив должность младшей-из-трех в Уэльсе, чувствовала себя миллионером.

– Не беспокойся о Дон, – заметила Хэсселт, – ирландцы всегда падают на все четыре лапы.

Мисс Пим искала глазами Иннес, но не видела ее. Бо тоже не было.

Стюарт, проследив за ее взглядом, поняла заключавшийся в нем вопрос и сказала:

– Бо и Иннес просили меня сказать вам, что им очень жаль – они сегодня не придут, но надеются, что вы будете их гостьей на другой вечеринке, которая состоится еще до конца семестра.

– Бо устраивает ее в честь Иннес, – сказала Хэсселт. – Чтобы отпраздновать Арлингхерст.

– Собственно говоря, мы всеустраиваем вечер в честь Иннес, – сказала первый Апостол.

– Что-то вроде общего слета, – подтвердила вторая.