Онлайн книга «Дело N-ского Потрошителя»
|
В комнате он быстро накинул тяжёлый крючок и поспешно развернул послание. Первое, что бросилось ему в глаза, – уже знакомый витиеватый почерк. «Мой дорогой летописец, ты же позволишь мне тебя так называть? Пора переходить к основному действию. Жду тебя в усадьбе графа Мельницкого. Сегодня, ровно в полночь. Смотри, не опаздывай! P.S. Не стоит звать наших друзей из внутренних органов. Им я вышлю особое приглашение. А нам с тобой есть о чём поболтать наедине, без свидетелей. Настоятельно советую прислушаться к этой моей просьбе, если хочешь, чтобы все участники действа были живы до конца представления». Ладони враз стали холодными и липкими. Неужели кто-то из его недавних гостей письмо подложил? Санёк присел на кровать и сжал виски, пытаясь утихомирить вихрь мыслей. Митька так странно улыбался. Настя пропала, а он глупость про Персию лепечет. Или Иванов… В голове сами собой всплыли старые подозрения. Санёк мотнул головой, пытаясь отогнать крамольные мысли. Нельзя же милиционеров подозревать! Неправильно это! Но проклятые подозрения пустили в мозгу сильные корни и уже дали обильные всходы. Санёк шумно выдохнул и вдруг понял, что не дышал, пока читал письмо Потрошителя, который сегодня был очень многословен. Он вскочил и вновь закружил по комнате. Надо было что-то делать. Что он пойдёт на встречу – тут даже вопросов не возникало. Конечно, пойдёт. Побежит! Но… Санёк встал как вкопанный посередине комнаты. Он пойдёт один? А как же Ожаров и Иванов? Им он ничего не скажет? Санёк вспомнил искривлённые в презрительной гримасе губы и злой прищур Ожарова. Нет, ему точно ничего говорить не стоит. А вот Иванову… Он же всегда его поддерживал, даже заступался перед Ожаровым. Обещал раскрыть подробности дела только Саньку и никому больше. Да и возлагал Санёк надежды на московского следователя. И если уж быть честным с собой до конца, то жутковато идти одному ночью за город, в бывшую графскую усадьбу. Но подозрения заколосились и расцвели махровым цветом. Нет, он никому и ничего не скажет. Верить никому нельзя. Только себе. Кстати, усадьба не была заброшена, в отличие от многих подобных ей барских хором. В самом доме сейчас были склады льнокомбината и вроде даже какие-то цеха. Выбраковка и сортировка, если Санёк правильно запомнил названия. Он пару лет назад делал репортаж о доблестных красных ткачах и прядильщиках. Там ещё куча каких-то профессий было, все их Санёк сейчас уже и вспомнить не мог. Мотальщицы, вроде… Наладчики… Санёк тряхнул головой и сам себя обругал матом. Всякая чушь в голову лезет. При чём тут вообще какие-то мотальщицы? Главное, что графская усадьба не заброшена, там есть люди. Даже ночью должны быть сторожа. Как Потрошитель там прячет Настю?! Хотя, с другой стороны, раз там есть люди, значит, здание отапливается. Значит, есть надежда, что Настя до сих пор жива и не замёрзла в каком-нибудь полуразрушенном доме в подвале. Вдруг в дверь кто-то толкнулся из коридора. Санёк вздрогнул и поспешно сунул в карман письмо Потрошителя. – Эй! Ты чего заперся?! – В дверь пару раз стукнули кулаком. – У тебя всё в порядке? Санёк затравленно огляделся, потом взлохматил себе волосы, быстро смял покрывало на кровати, рывком расстегнул несколько пуговиц на рубахе. И только после этого шагнул к двери и поспешно откинул крючок. |