Книга Курс 1. Ноябрь, страница 47 – Гарри Фокс

— Зато есть сила, — перебил я её, и мои слова повисли в воздухе тяжёлым обещанием. — Та самая, которую все так желают.

— Именно! — её глаза сверкнули торжеством, как будто она поймала меня на слове. — Ты всего лишь инструмент! Для принцессы, для императора, да даже для твоей шлюхи Ланы…

Она не успела договорить.

Рука моя действовала сама, повинуясь вспышке ярости, которая затмила все доводы разума. Удар был не сильным, не калечащим, но звонким и унизительно-точным. Моя ладонь шлёпнулась по её щеке, заставив её голову дёрнуться в сторону.

В комнате воцарилась абсолютная, оглушающаятишина. Даже наши дыхания замерли.

Кейси застыла. Её рука медленно поднялась и прижалась к покрасневшей щеке. Её глаза, широко раскрытые, сначала отражали только чистый, животный шок. Потом шок стал медленно вытесняться. Чем-то гораздо более страшным. Леденящей, всепоглощающей, бешеной яростью. Её губы задрожали.

— Ты… что… наделал? — слова вырывались из её горла хриплым, прерывистым шёпотом. — Ты ударил… меня? Ты посмел ударить меня⁈

Её голос на последнем слове сорвался на визгливый, нечеловеческий вопль. Вокруг её сжатых кулаков воздух затрепетал и заискрился синеватым, смертоносным светом.

Воздух в комнате сгустился, стал тяжёлым и колючим. И за спиной Кейси, в пространстве между холодной стеной и её трясущимися от ярости плечами, ононачало проявляться. Сначала как искажение света, дрожание тени. Потом чётче — тёмный, бесформенный сгусток с едва намеченными контурами конечностей. Та самая тень. Которая вырвала меня из реальности, отправив в странствия между мирами.

Ледяной ком сжался у меня в желудке. Все кусочки пазла — её знание, её власть, её ярость — с громким щелчком встали на место.

— Так… — моё дыхание перехватило. — Это ты. Тогда. Ты напала на меня. Ты… ты стала причиной, по которой я столько дней блуждал между мирами, чуть не сдох, пока учился контролировать эту чёртову силу…

Кейси, увидев моё лицо, странным образом немного расслабилась. Её собственная ярость будто отступила, уступив место холодной, мрачной уверенности. Тень за её спиной дрогнула и растаяла, как дым. Она выпрямилась, поправила волосы.

— Ты должен был служить мне, — произнесла она тихо, но каждое слово било, как молот. — С самого начала. Ты должен был быть с Волковой! Она идеальный, управляемый инструмент! Почему… почему всё пошло не так? — В её голосе на миг прозвучала почти детская обида, но она тут же подавила её. — Тебе придётся очень долго работать… языком, — она с презрением выделила слово, — чтобы отработать всё, что натворил. Всё, что ты нарушил.

Я медленно поднял руку и щёлкнул пальцами прямо перед её носом.

— Ау. Очнись. Ты совсем с катушек съехала? Кто, по-твоему, захочет целовать твой зад после такого?

— Все целуют мой зад! — выкрикнула она, и в этом крике было уже отчаяние. — Все! Только ты! Только ты не хочешь!

Я не выдержал. Громкий,нервный, почти истерический смех вырвался у меня из груди. Это был смех над всем абсурдом, над её безумием, над моей собственной нелепой участью. И самое невероятное — Кейси смутилась. Её гневная маска дала трещину, и на её губах, против её воли, дрогнула какая-то неуверенная, растерянная улыбка.

— Что… что смешного? — попыталась она вернуть суровость, но вышло уже не так убедительно.