Книга Курс 1. Ноябрь, страница 75 – Гарри Фокс

— А когда сексом заниматься будем? — громко и чётко спросила Малина.

Я встал как вкопанный. Потом медленно, очень медленно обернулся.

Лана в этот момент уже держала сестру за ухо, выкручивая его с профессиональным мастерством. Малина пищала и пыталась брыкаться, но удержать её было нетрудно.

— Иди, Роберт. Приятного аппетита, — сказала Лана, не отпуская ухо. На её лице расцвела натянутая, коварная улыбка, от которой стало холодно даже в тропической жаре оранжереи. — Я тут разберусь.

— Не будь жестокой, — слабо попытался я вступиться. — Она старалась. Алхимия, наука…

— Роберт, — перебила Лана ещё слаще. — Ты же кушать хотел. Иди, иди.

Я перевёл взгляд на Малину, которая смотрела на меня полными надежды алыми глазами, потом — обратно на Лану. Ситуация требовала дипломатии высшего пилотажа.

— Моё сердце принадлежит тебе, — торжественно заявил я, прижимая руку к груди.

— Ага, — без тени сомнения согласилась Лана. — Надейся, что я не захочу его потрогать, чтобы в этом убедиться. Ступай.

Я выпрямился во фрунт, сделал максимально учтивый,отстранённый кивок и ретировался, не оглядываясь. Как только тяжёлая дверь оранжереи захлопнулась за моей спиной, сквозь стекло и дерево донёсся приглушённый, но от этого не менее страшный рёв.

— Ах, ты шлюха нерадивая! — прогремел голос Ланы.

— Ай! Ай! — тоненько взвизгнула Малина. — Да что я сделала-то?

— Я тебе сейчас всё это оторву нахер! И тогда поймёшь, что ты сделала!

Я зажмурился и ускорил шаг, стараясь думать только о еде. Хочу хрустящий хлеб. И бекон. Много бекона. И яичницу, чтобы желток был жидкий. И горячий, обжигающий кофе, чтобы сжечь на корню все эти воспоминания.

— Что ты сделала⁈ — снова донеслось из-за двери, и в голосе Ланы слышалось уже чистое бешенство.

— Ну потрогал он меня, и что такого?.. — донесся наивный ответ Малины.

— РОБЕРТ!!!

Этот крик, полный такого леденящего обещания расправы, что кровь застыла в жилах, я заставил мои ноги двигаться сами по себе. Побежал по коридору в сторону столовой, переходя с быстрого шага на почти спринтерский рывок. Никогда в жизни так не хотелось кушать. Сейчас как поем… как поем… и, может быть, лет через десять решусь показаться ей на глаза.

Столовая гудела, как растревоженный улей. Со всех сторон доносились обрывки фраз, споры и прогнозы о предстоящих матчах по «Горячему Яйцу». Кто-то хвастался, что их команда точно пройдёт в финал, кто-то сокрушался из-за травмы ключевого игрока. Я сидел в углу, методично уничтожая тарелку яичницы с беконом, и старался прожевать вместе с едой и этот назойливый гул. Ни Ланы, ни Малины за завтраком не было — тишина на этом фронте была зловещей, но я предпочитал о ней не думать.

Громир и Зигги, бледные и понурые, как два выживших после кораблекрушения, появились только к обеду. Я есть не пошёл, а они, похоже, движимые инстинктом самосохранения, поплелись в столовую, чтобы залить желудком последствия вчерашнего. Зигги что-то безнадёжно бормотал про то, что ему «обязательно нужно в город с Таней, иначе она его убьёт». Его слова засели у меня в голове.

А может, и правда в город?— мелькнула мысль. — С Ланой. Прогуляться, отвлечься от всей этой магической и семейной суматохи.

И тут же, как холодный душ, накатило осознание: последние деньги я отдал ювелиру на ту чёртову брошь. Сейчас у меня в карманах гуляет ветер. Приглашать Лану куда-либо за её счёт, когда твой финансовый статус ниже плинтуса — идея так себе. Да, у меня теперь есть титул, поместье Арканакс и, теоретически, люди. Но наличности… наличности нет. Вообще.