Книга Мрачные ноты, страница 116 – Пэм Гудвин

Что может быть лучше оргазма? Возможно, это что-то более глубокое, сродни тому обжигающему чувству, которое наполняет меня, когда я понимаю, что он наслаждается мной? Даря ему наслаждение, я погружаюсь в состояние эйфории. Так что да, возможно, близость – это нечто большее, чем просто лежать на спине, пока он пыхтит сверху. Но я понятия не имею, что это может быть.

Я сглатываю. Не знаю, что чувствую относительно удушья. Выходит ли это за рамки моей зоны комфорта? Что еще он захочет попробовать?

– Почему ты толкаешь меня на это?

– Это абсолютное доверие, и его сила не имеет себе равных.

Несмотря на внутреннюю тревогу, мне удается сохранять самообладание.

– Я не хочу быть в чей-то власти…

– Айвори, все не так. Власть принадлежит тебе. Именно ты устанавливаешь границы и вправе решать, когда все прекратится. – Его суровый взгляд по-прежнему сосредоточен на мне, а грудь вздымается чаще. – Ты не воспользовалась стоп-словом.

Черт, совсем забыла.

– Я просто не могла говорить, когда твоя рука…

– Бред. Ты даже не пыталась.

– В этом и заключался урок, верно?

Я одергиваю подол футболки на бедра.

– Именно.

Не сказав больше ни слова, он скрывается в гардеробе, оставляя меня в полной растерянности.

Через несколько минут Эмерик возвращается полностью одетым и сообщает мне, чтобы я шла на кухню, как только буду готова.

Цель преподанного им урока завладевает моим разумом, пока я принимаю душ, расчесываюсь, чищу зубы и одеваюсь в одиночестве в его спальне. Я отдаю себе отчет в том, что мои представления о сексе и мужчинах довольно поверхностны, но все же давление его руки на мое горло – это ничто по сравнению с последними четырьмя годами моей жизни, наполненными болью и страхом. Это не делает его методы приемлемыми, но ошеломляюще грубый подход на самом деле может оказаться эффективным.

В следующий раз, когда возникнет подобная ситуация, я постараюсь не забыть о стоп-слове. И Эмерик точно не проигнорирует его. Сколько его знаю, он ни разу не взял больше, чем я позволила. Боже, в этом и правда заключена сила. Уверенность в том, что он остановится, когда я произнесу то самое слово, придает мне смелости, решительности… легкости.

Я спускаюсь по ступенькам в новых туфлях из мягкой кожи. Очаровательные балетки украшены ненавязчивыми серебристыми стразами и черной сеткой на мысках. Они отлично гармонируют с красным платьем. Рукава три четверти согреют меня осенними вечерами, прямой подол спускается ниже колен, а лиф подчёркнут классным поясом, который завязывается на талии.

В этом наряде я чувствую себя элегантной и… желанной. Внутренний голос нашептывает мне, что я не заслужила эти вещи. Вот только Эмерик подарил их мне, ясно дав понять, что я принадлежу ему и, в свою очередь, все, чем владеет он, принадлежит мне. Мне пока что трудно это осознать и принять. Но сейчас я надела этот наряд, так как его подарок значит для меня гораздо больше моей чертовой гордости.

Я застаю его за кухонным столом, он ковыряется в тарелке с тостом и яичницей с сыром и беконом. Увидев меня, Эмерик замирает. Двигаются лишь его глаза, полыхающие под темными бровями, когда он окидывает меня неспешным взглядом с головы до пят.

Безусловно, он купил мне всю эту одежду, потому что мой нынешний гардероб довольно скудный. Но по мере того, как его взгляд скользит по моему телу, я осознаю, что он выбирал эти наряды, думая обо мне, возможно представляя, как я буду выглядеть в том, что ему по вкусу.