Онлайн книга «Щенки»
|
Я сказал: – С этим городом у нас в семье много связано. Ну, во-первых, мать отсюда произошла. Я ее родственников не знаю, она с ними вообще не контачила. Ну, то есть, она не сахар – а те еще пуще были. Не ездила туда никогда, нас не возила. То ли были бабка с дедом, то ли нет. Во-вторых, тут под Воскресенском у Волошиных дача. Дедка с бабкой у Антона врачи оба. Он вот с Бийска как раз, герой войны, она – москвичка коренная, медицинской была сестрой во время войны, они где-то под Курском познакомились. Такие они люди славные, славнее людей не знаю. Меня они не растили, но всегда мне во всем помогали, а Антона с Юркой вырастили, по сути. Короче, вот тут дача у них – в четырех километрах от Воскресенска. Катунино это. Сейчас там уже никого толком не осталось, а раньше жил народ. Хорошее место, речка красивая. А мать, слушай, она ж не в самом Воскресенске, по-моему, жила. Не родилась там точно. Как же ж, дай бог памяти – Марчуги, вот! Тоже недалеко, километров шесть, наверное. Только я там не был никогда. Тоня сказала: – Мне нравится, когда ты решаешь что-нибудь мне рассказать, потому что тогда кажется, что это и моя история тоже. – Ну да. Ты ж имеешь к ней непосредственное отношение. Пошлепали на автовокзал. Давно тут не был – пока не был, воздушный мост возвели. А пока по воздушному мосту прошли, так уже и светлеть начало. Автовокзал утопал в утренней синеве. – Нам до Ратмирово, – сказал я. – Оттуда пешком минут двадцать.Вообще, конечно, удобное место, ну, чтоб Аринку-то держать. Тихо давно, вымерли все почти, а дачников тут зимой нет. Тоня спросила: – А что ты будешь делать, если там Антон? Я пожал плечами. – Ну решим как-нибудь. – А если он попытается тебя убить? – Обезврежу. – А если убьет? – Ну что тогда? Сама догадайся. Я все же не думаю, что он здесь. Будет долго на работе отсутствовать – вызовет подозрения. Раз он ее тут держит, значит, ему есть что терять. Вот убил бы – другое дело. Тогда терять нечего. – Вот ему и станет нечего терять, если она сбежит. Я сказал: – Давай решать проблемы по мере их поступления, ладно? И зачем я тебя с собой взял. Надо было тебя дома оставить. Хитрый, смелый и самый сильный сказал: – Вот случится с ней что – себя винить будешь. В автобусе народу совсем не было, только мы да грустный какой-то мужичок в самодельной заячьей шапке. – Летом тут особенно хорошо, – сказал я. – Прям замечательно. Съездим как-нибудь, на речке купаться и всякое такое. Хорошо будет, вот увидишь. – Ты так говоришь, как будто твой брат не запер тут женщину. – Ну, – сказал я. – Детские воспоминания и взрослые у меня отдельно в голове хранятся. А какая тоска есть в том, чтобы приехать на дачу зимой. Мертвенность зимней природы и пустота, ненаселенность того родного мира, что так радостно выглядит летом. – Леса тут, опять же, хорошие, грибные, зверные, но подальше от нас. Под Катунино местность приболоченная. Это зимой прям неудобно – болото хорошо не замерзает никогда, торф греет, ну и утопали тут люди, сколько я себя помню. Зимой особенно, потому что не укладывается у нашего человека в голове, что болото не замерзнет. Короче, топко-вязко бывает тут. – Как ты рекламируешь свою дачу. – Ну, я люблю это место. Любил. Жалко, что не был давно. Ну и повод – сомнительный. |