Онлайн книга «Щенки»
|
– Я должна была найти его! – Да не успела бы ты! – Я бы успела! Ну, разобиделась на меня, короче. Я ей говорю: – Мы вечером к Юрке едем с тобой. Времени много еще – давай вещи закинем и в Кусково погуляем. Была там? Она пожала плечами. Мол, все равно мне. Ну – раз все равно, то так я и решил. Домой заехали, она переоделась в зеленый свитер и светлые джинсы – и выглядела уже ну чисто живая девчонка. Только молчала все время. Поехали в Кусково, а там снежок, коники ходят – детей возят. Стемнело уже слегонца, и сели мы у озера, напротив усадьбы. Я сказал: – Да найдем мы твоих предков, мужа, брата, свата. Просто, ну, это слишком… – Быстро? – Нет, суматошно, там толпень такая была. Но я обещаю, что найдем. – Когда? – Если Антон приедет, сегодня и поговорим. Она помолчала. Потом сказала вдруг: – Я не знаю, что такое быть любимой. Я думаю, это была безответная любовь. – Ну, с таким-то характером. – А вы любили? Вас любили? – Слушай, я человек простой – люблю простые радости. Она продолжала смотреть на меня пристально, огромными, светлыми глазами. Я пожал плечами. – Давно. В школе еще. Но влюбляюсь я часто. – А как вы поняли, что в школе именно любили, а потом только влюблялись? – Ну, я ради нее был готов… – Умереть? – Умереть я и за бабку вон ту готов. Нет. Стать лучше, наверное. Во как. Ну все, какая-то девчачья тема, уймись. – А что с ней случилось? – От скарлатины умерла. – Серьезно? – Нет. Замуж вышла и детей родила. – А вы правда хотите умереть, Виктор? – Да нет, ты чего. Умирать никому не хочется. Мне один раз так жить хотелось, что я кусок щеки человеку отгрыз. Просто я готов, если что. Но так-то до конца царапаться буду и своего не упущу. В жизни надо жить, я так считаю, в смерти умирать. Я засмеялся. – Не очень умно вышло. Цитаты Суханова Вити, войдут в историю еще, вот увидишь. Ну да ладно, слушай. – Я ткнул пальцем в усадьбу. – Гляди. Красиво, а? Я иногда, когда сидел вот тут, представлял, как оно было при царе. Когда кареты всякие подъезжали, люди красивые выходили. – А себя вы там представляли? – Да нет, откуда ж я там возьмусь? Простокрасивые люди, платья, фраки, всякое такое. Трут о своем. Аристократы, бля. Представь. – Представила. Красиво, правда. – Она украдкой глянула на меня. – Подумал сейчас: неплохо бы, когда окочурюсь, по земле еще походить. Ну, хуже, конечно, чем живым быть, но лучше, чем окончательно мертвым. Какой рецепт? – Сложно сказать, – ответила Тоня. – Ваша мама много рассказывала, но запутанно. Дурная смерть – чаще всего. Самоубийство, убийство, несчастный случай. Когда человек не дожил свое время. – А на войне? – Я не спрашивала. Еще, если труп не похоронен. Или похоронен неправильно. Или, если человек при жизни колдовал. Ваша мать, кстати, себя ведьмой не называла никогда. Она всегда говорила «колдовка». – Значит, у нее тоже все шансы есть еще долго тут шататься? Тоня кивнула. Потом заговорила быстро: – Вообще-то, мертвые бывают разные. Некоторые все помнят, некоторые ничего. Большинство днем не ходят, днем в земле лежат. А я могу, потому что я никогда не была предана земле. Если бы меня закопали, то могла бы спать утром. Некоторые свободны, некоторые – связаны с определенным человеком. – А ты? – Я несвободна. – И как тебя освободить? – Ваша мать никогда не говорила. А вы бы освободили? |