Онлайн книга «Щенки»
|
Но почему-то лежал в темноте, и светила мне в окно яркая звезда (или спутник). – Если это спутник, – сказал я. – То это величайший обман. – Почему? – Потому что такое рождественское чудо – ясное небо над Москвой. Тоня сказала: – Представляешь, Виктор, я вернусь домой на Рождество! Какое чудо! – Это славно, – сказал я. – Ты хорошая девочка, пусть у тебя все будет хорошо. Она прижалась ко мне. – И у тебя. Я обнял ее, и Тоня закрыла глаза. – Я хочу поспать, – сказала она. – Когда ты меня обнимаешь, я могу спать, как живая. Тут-то, подумал я, славный момент – тем более завтра мы расстаемся. Дать – вряд ли даст, но хоть пососемся. Я подался к ней, почти прикоснулся к ее губам, но она закрыла себе рот рукой, покачала головой. – Нет! – Да почему? Тоня молчала, смотрела на меня блестящими – совсем живыми – глазами. – Не надо! Мы слишком близко с тобой. Она так и говорила, что мне придется быть с тобой, Юрой или Антоном рядом, и природа свое возьмет. Тоня убрала руку ото рта, скривилась. – Мне было противно, когда она это говорила. – Так, может, природа свое дело знает? – Она подобрала меня для этого. Мучила меня. И говорила, что я сама этого захочу. Я не хочу, чтобы так и вышло. Чуть помолчав, она добавила: – Но ты – мой друг. Ты хороший, Виктор. Я подумал: упирайся не упирайся – все равно мы с тобой в койке окажемся. Потом пришло две мысли: во-первых, мы уже в койке, и ничего интересного не происходит. А во-вторых – завтра ведь я ее отпущу. Я сказал: – Я твой лучший друг. Других-то ты друзей своих не помнишь. Я отвернулся носом к двери, зевнул. – Разбуди меня утром, – сказал я. – Вряд ли ты проспишь – наверняка всю ночь маяться будешь. – Спокойной ночи, Виктор. Долго за стеной длилось застолье, и я слышал мелодичный голос Анжелы – она пела что-то такое веселое и лихое, только слов не разобрать. Посреди ночи заползли к нам пьяные Юрка с Анжелой, Юрка ладонью надавил мне на грудь. – Эй! – Прости-прости, – прошептал он, дыхнув на меня перегаром. – Спи, Витя. Они с Анжелой улеглись рядом, Анжела долго не могла устроиться под одеялом, и Юрка ей что-то шептал. Потом он повернулся ко мне. – Знаю, что не спишь. Спасибо тебе еще раз. Ты согласен? – А? – Поработать на меня. – Ладно, – сказал я. – Уговорил, только дай поспать. Через полчаса я узнал, что Анжела храпит – хоть и очень-очень тихонько. В общем, будить меня не пришлось – всю ночь не спал я, и не то чтобы о чем-то думал, переживал – наоборот, было мне хорошо и спокойно в тепле, и звезда-спутник в окно заглядывала. Нас проводили Антон с Ариной, оба при полном параде, причесанные, одетые, Арина накрашенная аккуратно. Я сказал: – Едем знакомиться с родственниками. Антон кивнул. Арина сказала: – Только не угрожай ее родственникам – с этого никогда не начинается хорошая семья. – Постараюсь не забыть. Бессонная ночь сказалась на мне только в автобусе до Пущино – стало мрачновато. Не спал, а тут еще и Тоню отдавать. Сначала-то я обрадовался, а потом – уже не очень. Ну, что поделать, не всегда приятно правильно поступать. Я сказал: – Давай только побыстрее, мне еще в одно место сегодня надо заехать. Уже одному. – Да-да. Долгие проводы – горькие слезы. Наукоград Пущино оказался милым, крошечным и очень тихим. – Помнишь что-нибудь? Тоня сказала: – Некоторые образы, но не дорогу домой. Придется искать. Ужасно, что я до сих пор ничего не помню – потеряла жизнь, память. Какой я к ним приду? |