Онлайн книга «Щенки»
|
– Так странно, – сказала она. – Я ведь не знаю, какие они – только есть ощущение, что хорошие. – Интеллигенты, наверное. – Послушай, Виктор. «Дорогие мама и папа, пишет вам ваша Тоня. Мне очень стыдно, что я не писала вам. Но сейчас я хочу сообщить вам, что я жива, и у меня все в порядке, я живу с хорошим мужчиной и пока что не хочу возвращаться домой, но обязательно вернусь. Вы должны знать, что я жива, что я в порядке. Надеюсь, у вас тоже все в порядке. Я не могу оставить обратного адреса, но вы можете положить письмо для меня на нашей любимой скамейке около гостиницы, в полдень, одиннадцатого января. Расскажите мне, как вы. Пожалуйста, простите меня, если сможете. Я жива! Жива! Ваша дочь, Тоня». Я сказал: – А что за гостиница? Любимая скамейка? Ты точно помнишь? – Да, – сказала Тоня. – Кажется, там было наше любимое место с папой. Или с мамой. – Честно – письмо жалкое, потому что ты получаешься во всем виноватая. Но что с тобой поделаешь – двадцать два года, взрослая деваха, живешь как хочешь. Тоня сказала: – Просто нужно понять, как мне жить дальше, как спастись от Катерины, как не подвергать их опасности. – Да я ж тебя понимаю. Это очень благородно. Ты хорошая, добрая девочка, Тось, не переживай. Я взял у нее письмо, заправил в конверт. – Отнесешь? – Отнесу. Я знал, что она тянет время. Пытается сделать так, чтобы все решила судьба. Сунул письмо в ящик, возвращаюсь, а там она трет с каким-то старым щеголем в бежевом пальто. Я подошел к ней, Тоня тут же вцепилась в мою руку – отчаянно боялась, что мертвенность вернется к ней. – Разумеется, дядя… Она запнулась. Не помнила его имени. Дядя перевел взгляд на меня: – А что это за легионер с жутковатым шармом? – Он приспустил очки в аккуратной оправе. – Это он. Я о нем говорила. – Жених, – сказал я. – Здорово, батя. – Я не… – Он просто так сказал. Дядя… Мне стало ее жалко. – Как зовут? –спросил я. – Георгий Петрович. – Виктор. Легче Тоне не стало, она судорожно соображала: дядя Гоша, дядя Жора? Не мог бы полегче назваться? – Так зачем ты уехала? – Хотела быть с ним, – сказала Тоня и добавила чуть вопросительно. – Знала, что папа не разрешил бы? Дядя Жора (допустим), хорошо одетый, улыбчивый, оглядел меня: – Да почему же? Хороший человек? – Самый лучший. – Ну пошли домой, познакомимся… – Нет! – выдохнула Тоня. – Нет, пока рано! – Тонечка… Тут она как дала деру! Я развел руками, мол, не знаю, чего это она. Дядя Жора смотрел на меня из-за стекол очков. – Очень сложно объяснить, – сказал я. – Очень-очень сложно. Но как-нибудь она объяснит. – С ней всё… – Ну да! В порядке! – Это совсем на нее не похоже! – Молодость. Ну ладно, Жора, увидимся. Я хлопнул его по плечу, он вздрогнул. – И с праздником, кстати! Он побежал в подъезд, видимо, звать Тониных родителей, а я пошел к автостанции – Тоня должна была ждать меня там. И правда. – Почему ты не торопишься?! Мы должны быстрее уехать! Я договорилась с таксистом. Я сказал: – Нам это в копеечку влетит, а деньги, сделанные на политической нестабильности в Африке, не бесконечны. – Виктор, быстрее! Я залез в машину. Ну, думаю, раз все равно забашляем как за коня – пускай везет меня к Димке. – До «Планерной», братик, довезешь? Таксист кивнул, без проблем, мол. – Сколько? Сколько и ожидалось. Я цокнул языком – торговаться было некогда, а то вдруг люди в наукограде быстро бегают. |