Книга Ловец акул, страница 38 – Дария Беляева

— Чем пасет? — спросил я. Мне никто не ответил, они так и смотрели на меня, живенько, но без улыбок. А я так и стоял в дверях, тогда Жуй Фей (как я узнал после) похлопал рукой по своей кровати.

— А, — сказал я. — А ты где будешь спать?

Жуй Фей снова похлопал по кровати.

Мне отчего-то жутко захотелось оторвать Паше усы. Если он и сидел, то не зря. Я, конечно, не думаю, что закрывают исключительно очень плохих людей, но Пашу бы точно не помешало еще по разику.

— Еб твою мать, — сказал я, китайцы продолжали на меня смотреть. — Суки вы.

Они молчали, ну и враждебнее не стали, это точно, я так с этого угорел, что можно их на блядь посылать и на хуй, а они только лупают глазками. Хоть какая, подумал, будет радость. Хотел еще пойти Пашу потрясти,а потом решил, что крыша у меня над головой есть, а могли бы ведь и убить вообще, так что, может, не так все плохо.

Я пристроил свои вещи, порошочки драгоценные особенно, под кровать и сказал:

— Тронет кто — убью.

Молчание. Но люди — всегда люди, так что где-то как-то они меня поняли. Ноги гудели, руки болели, я решил немножко полежать, просто глядел в потолок, пока китайцы хуячили вонючую мазь в пластиковые баночки. Потом рядом лег Жуй Фей, словно так у нас с ним было всегда.

В общем, никакие порошки я в тот день продавать не пошел, хотя мне ужасно не терпелось с ними расстаться. Я лежал и читал "Охоту на Снарка", слушая писклявую, взвинченную китайскую речь. Стишок не очень большой был, я его докончил быстро, но потом гонял по кругу раз за разом, пока не охуел.

Я хотел вернуть этого интеллигента из моего вчерашнего поезда и спросить его. Или даже выйти на улицу и спросить кого угодно: кто такой Снарк? Нет, сама история, на самом деле, была почти понятная: люди на букву "б" охотятся за непонятной зверушкой, от которой разит привидением. Ну, магическое животное, ясное дело.

Но в то же время что сукин этот сын имел в виду-то? Кто такой Снарк и на кой хуй он упал странной команде странного корабля?

А кто такой тогда Буджум?

Короче, удолбанный стишок для детей-упорышей это ведь только вершина айсберга, да? Не могло все быть таким простым и глупым, и я чувствовал в Снарке (а тем более — в Буджуме) какую-то загадку, может быть, вообще главную в нашей жизни. Впал в какое-то странное возбуждение, ворочался на кровати, мешая Жуй Фею, перечитывал и перечитывал строчки. Там было откровение, только я не знал, какое именно. И если Снарк — главный вопрос, то Буджум, может быть, главный ответ? Но я не понимал, только волновался и мозги себе ебал.

Даже выдумал стишок по мотивам, на тот же ритм (ну или около того):

Вот ищу я ответ, а ответа все нет.

Что за Снарк этот Снарк, ради Бога?

Жизнь без Снарка — не жизнь, было все заебись.

А теперь себя чувствую лохом.

Приколитесь? Не, ну поэт я хуевый, но надо ж было мне как-то жить с этим знанием. Ничего меня еще так не впечатляло. Вот бы узнать, кто такой Снарк, ну хотя бы, когда час мой настанет, чтобы Бог спустился и сказал мне:

— Снарк — это ты.

А на самом деле я Буджум, ха-ха.

В общем, первый мой день в Москве, он не был про тяжелую работу и не был про красивую Красную Площадь, в уродливой общаге на скрипящей кровати я читал один и тот же стишок снова и снова. Половину книги занимал английский оригинал, но я английского не знал, а захотелось выучить вот.