Книга BIG TIME: Все время на свете, страница 150 – Джордан Проссер

Кайл отвечает:

– Все чисто. – И закрывает багажник.

* * *

Вот список треков первого, и единственного, сольного лонгплея Джулиана Беримена «МАНИФЕСТ МУД*ЗВОНА»:

В тот миг, когда Джулиан пересекает сто двадцать девятый меридиан, мелодии и припевы примерно половины этих песен уже у него в голове. Некоторые он начал сочинять еще в Южной Америке, с какими-то возился на непродолжительных вторых гастролях «Приемлемых», а некоторые лежали у него в заднем кармане уже много лет. «Хьюго Валентайном» он чуть не поделился с Ашем еще на начальных сессиях «Пляжей» и втайне был вполне уверен, что, если бы так и сделал, в альбом бы эта песня попала. Но Джулиан ее придержал, быть может – предчувствуя, что однажды станет сочинять свою музыку, и не желая – как говорится – уступать все за так. Вторая половина этих треков будет зачата и записана в месяцы после прибытия Джулиана в ЗРА.

* * *

Первое, что замечает он, пока они приближаются к пригородам Перта, – гематитового цвета эстакады: исполинские решетки мерцающих автомобильных виадуков, подающих каждый день миллионы пассажиров во все стороны, нависающие над городским горизонтом, словно распяленные пальцы. Еще выше эстакад – солнечные отражатели, здоровенные черные крапины размером с футбольное поле, трепещущие на ветру в охраняемой военными бесполетной зоне где-то в восьмистах метрах над вершиной высочайшего небоскреба, – они ловят ультрафиолетовые лучи и отправляют их обратно в космос: сизифов труд, если такой можно вообще себе представить (трек 7: «Облачный город»).

Вторым Джулиан замечает времена – во множественном числе. Иными словами, в ЗРА, похоже, время не просто одно. Хотя восток упрямо решил продержаться на системе Скоординированного Всемирного Времени, несмотря на его все более подозрительную деятельность, по эту сторону меридиана реакцией на Аномалию Элефтерио Кабреры и Небесные Пленки Юми Атако стали неистовые поиски альтернативы понадежнее. Но людям еще только предстояло остановиться на каком-то одном, поэтому вместо него – пока что – их существовало много.

Пока некие группы маргиналов предпринимали несколько радикальный подход к этой проблеме – исчезали в автономку и сжигали свои хронометры на громадных кострах в пустыне, – основное течение общества оставалось в общем согласии относительно того, что нашим жизням все же необходимо покоиться на хоть какой-то форме поступательно развивающейся единицы измерения. Для начала люди вернулись к древним системам учета времени, произраставшим из мира природы. У себя в садах они возводили здоровенные гномоны и создавали миниатюрные лунные часы, чтобы носить в карманах, покуда пораженцы не указали им на то, что солнце постоянно сжигает свои древние запасы водорода и подвержено непредсказуемым флуктуациям, а Луна медленно, но верно отплывает от Земли со скоростью примерно 3,9 сантиметра в год. Сама по себе проблема не насущная, но что толку устанавливать какую-то новую вездесущую систему, которую все равно придется переоценивать и, возможно, списывать в утиль всего через несколько сотен лет.