Онлайн книга «BIG TIME: Все время на свете»
|
А что же Юми? Думала ли она когда-нибудь о детях? Да, но по какой бы то ни было причине никогда не могла представить, что заводит их с тем человеком, с которым была, – а потом само время сделало за нее выбор. Рэн взяла ее за руку, пальцы легкие и костистые, откинула голову назад на подушку, готовая принять свое ежедневное таинство. – Ты бы хотела знать, что мы будем делать завтра? * * * К весне Рэн уже видела на неделю с лишним вперед в поразительных подробностях. У Юми была постоянная договоренность с Ранго: каждую среду в полночь она отслюнивала все больше от своего выходного пособия в обмен на все больше флакончиков из синего стекла. Она знала, на каких перекрестках предлагают лучший кофе – какая пиццерия продает ломтиками лучшую пепперони, – и, когда Рэн задремывала, Юми появлялась по всему Бруклину, притворяясь, будто она тут местная, толком не понимая, какая разница между притворством и тем, чтобы действительным быть местной. Когда закончилась ее академическая виза – через три месяца после того, как она приземлилась в «Джей-Эф-Кей», – Рэн предложила съездить на такси в управу и прямо там заключить брак. Юми дали переходную супружескую визу. – Скоро узнаешь, что значит овдоветь, – сказала Рэн на обратном пути во Флэтбуш, целуя Юми в щеку. Юми чувствовала, сколько сил уходит у Рэн даже на то, чтобы шевелить губами. * * * Был конец апреля, когда Рэн выломилась после улета, неистово кашляя, показывая на ванную, не в силах ни вылепить слова, ни стоять на ногах. Юми донесла Рэн до туалета – весила та, должно быть, меньше сорока килограммов, и чертила у нее на спине круги, пока Рэн тошнило в унитаз, пока дрожала она от усилий, глаза у нее слезились, а зубы стучали. Когда тошнота миновала, Рэн повернула голову, чтобы встретиться с Юми взглядом. – Юми-тян. Я умру в следующую среду. – Тот день был пятницей. Юми ничего не ответила. Она знала, что рано или поздно это случится, скорее раньше, чем позже, но ощущалось оно иначе, если услышать. – Это еще не всё, – сказала Рэн. Юми помогла ей лечь в постель и положила на лоб влажную тряпицу. Присоединила к капельнице Рэн новый пакет фентанила, взяла блокнот и нажала кнопку записи на видеокамере. – Что ты видела? Рэн вдохнула поглубже. – Происходит это утром. Как ни жаль мне это говорить, но это происходит, пока тебя нет. Ты выходишь нам за завтраком. Бейглы и латте. Я теряю дыхание и начинаю тонуть. Две или три минуты я в коме, а потом у меня сердце не выдерживает. Юми склонила голову. – Рэн. Мне так жаль. – Не жалей. Я же сказала, это еще не всё. – Ты о чем это? – Я видела, что будет дальше. Юми выпрямилась в кресле. – Дальше? Рэн кивнула, понимая, что это слишком нелепо для слов. Чуть ли не потешно. – Я видела, что происходит после того, как я умру. * * * Следующие пять дней Юми и Рэн не выходили из квартиры. На оставшемся Б Юми вновь и вновь показывала Рэн ее собственную смерть. Рэн это не беспокоило – более того, она странно привыкла к этой мысли. Она могла все описать, словно телевизионную рекламу, которую видела сотни раз, – представление об этом омывало ее, но смысла на самом деле она впитать не могла. А после смерти – что потом? Когда Юми спросила Рэн о послежизни, та описала громадный торговый центр во много этажей высотой, и в нем сотни магазинов, полы выстелены бурой и белой плиткой, отполированной до беспамятства. Лифт со стеклянными стенами. Круглая лестница между всеми этажами для тех, кто не прочь ходить пешком. Непрерывное и надежное кондиционирование воздуха. Сводчатые окна, размещенные над главными проходами, – словно крыша собора. Боевитые ряды флуоресцентных светильников. Ресторанный дворик, где с любовью приблизительно воссоздается множество национальных кухонь. Фонтан, извергающийся в хлористо-голубоватый бассейн, чье дно усеяно монетками различного номинала, брошенных туда людьми, загадывавшими желания. Стоические и бдительные сотрудники охраны. Одежда на все времена года и всех размеров. С каждой покупкой – бесплатная парковка. Снаружи неопределенная погода. И все время, что на свете только есть. |