Книга BIG TIME: Все время на свете, страница 82 – Джордан Проссер

Зандер опустил голову на плечо Ладлоу и заплакал. Адреналин, пробивший его всего несколько минут назад, как вытяжной трос, оставил его холодным и вязким, а боль в правом глазу билась горячим молотом. Немного погодя Ладлоу помогли Зандеру подняться в автобус.

Шкура с минутку постоял посреди пустого шоссе, поглядывая то в одну сторону, то в другую.

– Как только доедем до Сиднея, – сказал он прежде, чем снова сесть за руль, – я звоню в лейбл.

* * *

Когда вся банда прибыла в гостиницу «Бьюкенен», вскоре после рассвета, снаружи уже ждала небольшая толпа – но ждала не их. Возможно, на гастролях с «Пляжами» люди собрались бы ради них. Но вся эта шваль поджидала международную делегацию так называемых ученых, которая не так давно подверглась напряженному рассмотрению как «Национальным телеграфом», так и «Национальным вещанием». У Дворца съездов, где должен был состояться Первый ежегодный международный симпозиум по хронофеноменологии, уже случился один небольшой бунт. Ничего особо возмутительного – мусорная урна в окно и несколько жалоб, нанесенных краской из баллончика. Но позже в тот день, когда полиция выследила одного бунтовщика в его многоквартирном жилом доме в Парраматте, там случайно наткнулись на крупную нарколабораторию. После девятичасовой осады трое полицейских и семеро гражданских оказались мертвы, включая двенадцатилетнего мальчика из соседнего дома, в которого угодила случайная пуля, когда полиция двинулась на штурм. На поминальных бдениях, проведенных на следующий день, распространился слух, что у покойного двенадцатилетки был старший брат, которого тоже убила полиция. Еще один слух утверждал, будто этот старший брат знал своего убийцу: гнутого легавого, который иногда требовал крышевых у старшего брата и его семьи. А третий слух гласил, что у гнутого легавого имелся младший брат – тоже легавый, – которого недавно назначили в тактическую группу Парраматты и отправили на облаву назавтра после небольшого бунта у Дворца съездов. Этот младший легавый и убил случайно младшего брата того, кого уже убил егостарший брат.

В довершение ко всему, через два дня после гибели двенадцатилетки «Национальное вещание» распространило новость об Уилме Гэрретт, тройняшке, родившей тройняшек в свой день рождения. Тридцатишестиградусная осенняя жара в сочетании с этим свежим валом подозрительных стечений обстоятельств привела к тому, что поминальные бдения накалились. Полиция попыталась разогнать толпу из брандспойтов. Погибли еще люди, многих арестовали, и на следующий день трудовые лагеря расцвели.

Именно поэтому сразу перед полуднем Шкура собрал группу в еще одной непритязательной комнате для совещаний на одиннадцатом этаже гостиницы, выходящей окнами на забитую машинами платную автодорогу.

Клио явилась последней – вбежала вся мокрая.

– Простите! Простите, что опоздала.

– Ты где была? – спросила Ориана.

– В бассейне. Снаружи на антресолях там есть бассейн. Такой славный.

– Так чего ж ты там не осталась? – пробурчал Зандер. – Типа ты тут вообще зачем? – Глаз его был заткнут марлей, голова сплошь в бинтах. Все утро он разговаривал по телефону с родителями и вообще не спал.

– Не будь таким муднем, Зан, – нежно произнесла Тэмми.

– Там что, пожар? – спросили Ладлоу, выглядывая в окно. Вдали торнадо черного дыма тыкал своим острием в складской район на другой стороне бухты.