Онлайн книга «Смерть всё меняет»
|
– Значит, ты уже слышала, что случилось? – Да, инспектор в общих чертах обрисовал все доктору Феллу по телефону. Барлоу облокотился на дверцу машины и просунул голову внутрь. Джейн сидела за рулем, и их разделяло красное кожаное сиденье. Она повернула голову, и свет приборной доски осветил сбоку ее лицо. В салоне машины было тепло. Он ощутил работу двигателя, опустив локти на дверцу. Сводило икроножные мышцы, это свидетельствовало о переутомлении. Конец выездной сессии. Пять трудных дел. Четыре выигранных и одно проигранное – дело Липиата. «Отсюда вы будете доставлены туда, откуда прибыли, а оттуда – к месту казни, и будете повешены за шею, пока не умрете. И да смилуется Господь над вашей душой». Он отогнал от себя это воспоминание. Он был рад видеть Джейн Теннант. Причем не в обычном формальном смысле, заключенном в этой фразе; напротив, на него накатила живая, теплая волна удовольствия. Джейн была необыкновенной. Боже, и еще какой! Одно ее спокойствие было как бальзам на душу. Он отметил про себя изящные кисти рук на рулевом колесе, барабанившие по нему пальцы, ногти без лака. Отметил, как глядят на него серые, широко расставленные глаза. – Насколько все плохо? – Тон был настороженный. – Доктор Фелл считает, что судья может… иметь отношение. Более чем может. – О, все не настолько плохо. Не возражаешь, если я немного посижу рядом? Джейн ответила не сразу. – Садись, пожалуйста, – сказала она. Он заметил ее сомнение. Оно немного приглушило его удовольствие. Джейн всегда была такой. Не сказать чтобы она избегала его или выказывала что-нибудь иное, кроме исключительного дружелюбия. Однако все равно всегда возникало ощущение, будто она отодвигается от него, оставляя между ними свободное пространство – и фигурально, и буквально. Если они (к примеру) пили вместе чай и на диване хватало места для двоих, она обязательно проходила дальше и садилась в кресло. Он размышлял об этой особенности, удивляясь, как же плохо, должно быть, Констанция Айртон разбирается в людях. – Места здесь полно, – заметила она. – Хватило даже для доктора Фелла, а, видит Бог, это убедительное доказательство. – Она нервно рассмеялась, но тут же одернула себя. – Я всегда считала, что внутри этих американских машин довольно просторно, вот только никак не могу привыкнуть к их левому рулю. Они… Он откинулся на спинку красного кожаного сиденья. – Джейн, – произнес он, – можешь нам помочь? – Помочь тебе? – Дать свидетельские показания. Она долго молчала. И даже, отметил он, не заглушила мотор. Его ровное гудение развеивало ощущение одиночества и отстраненности, сомкнувшееся вокруг этого автомобиля. Никогда раньше он так явственно не сознавал физического присутствия Джейн. – Я хочу, чтобы все было по справедливости, Фред, – произнесла она в итоге. – Я действительно кое-что знаю о нем. То дело, пять лет назад… – Да. – У него разболелась голова. – Все это правда, не так ли? Если это то дело, о котором я читал, я помню подробности. Так это правда? Это тот самый Морелл? – Другому взяться неоткуда. И все равно я не в силах этого понять! Доктор Фелл говорит, – во всяком случае, со слов мистера Грэма, – что Морелл вовсе не полунищий сам знаешь кто. Грэм говорит, он зажиточный человек с процветающим бизнесом. Не может это быть его брат или еще какой-нибудь родственник? |