Книга Детективные истории эпохи Мэйдзи, страница 120 – Анго Сакагути

Затем, по приказу Урэ, начали готовить удон. Когда все было завершено, Гин взяла лапшу, а Соно – чайник, и обе ушли на второй этаж. Теперь в комнате осталась только Урэ. Напротив нее сидел Синдзюро. И здесь их тоже окружали полицейские в форме и в штатском.

Когда служанки ушли, Синдзюро попросил Урэ:

– Ну а теперь сделайте все в точности так, как вы поступили накануне.

Урэ с испугом посмотрела на Синдзюро.

– Ну же. Продолжайте. Точно так же, как вы сделали в тот раз.

Казалось, Урэ похолодела от ужаса и оцепенела. Синдзюро подошел к ней на три-четыре шага и сел.

– Делайте все то же самое, что вы сделали тогда.

Синдзюро пристально смотрел на Урэ. Он не «впивался взглядом», не «сверлил глазами» – просто смотрел неотрывно, и взор его не ослабевал. Со стороны этот взгляд казался самым обычным, но для того, на кого направлен, становился невыносимым. Взгляд становился густым и тяжелым, обретал форму твердую, словно палка, что с яростью вонзалась прямо в собеседника. И едва Урэ почувствовала это, как он начинал липнуть к ее лицу, точно клейкий моти: проникал внутрь, цеплялся там, и казалось, что вся ее голова вот-вот раздавится под этим тяжелым давлением.

– Ну вот. Теперь ваша очередь повторить то, что вы сделали в тот раз.

Лицо Урэ стало таким, что невозможно было понять: просит ли она пощады, впала в отчаяние или бросает вызов Синдзюро. Она медленно поднялась. Взяв солонку, подошла к колодцу, высыпала соль в сточный желоб и смыла водой. Затем Урэ вернулась на кухню, набрала из большого горшка две щепоти соли и добавила их в солонку.

Как раз в тот момент, когда она закончила, с верхнего этажа со всех ног принеслись Гин и Соно. Они собирались бежать за доктором Гэнсаем Ирумой.

Внизу была задержана Урэ, а наверху – Сиротари, Сусомаро и Хира.

Синдзюро с горькой усмешкой начал объяснять все полицейским:

– Урэ была медиумом, и я подумал, что она легко поддается внушению. То, что я сделал, можно считать последним ходом отчаянья, поскольку других доказательств не нашлось. Все прошло удачно, так что можно назвать это приятной игрой.

Похоже, ему тоже было тяжко на душе.

– Ключ к разгадке этого инцидента кроется в понимании – для чего позвали Дзимпати. С самого начала ему отводилась роль отравленного. Благодаря его гибели от яда, который якобы подсыпала Тиё, смерть Цуэмона двадцать лет назад тоже сочли бы отравлением, что оборачивалось катастрофой для Тиё. Совпадение или нет, но Дзимпати и Тиё оказались единственными, кто понял про «игру под камнями». Из-за этого хозяйка дома попадала в ловушку, поскольку ей было бы сложно доказать свою невиновность. Хотя они вызвали Дзимпати специально, ему предложили еду как для прислуги и заставили думать, что он может спокойно уйти, если пожелает, что он здесь никому особенно не нужен. Этот ловкий и смелый план мог рухнуть при малейшей ошибке. Более того, хитроумным ходом было и то, что на представлении Сусомаро вывел Дзимпати из себя грубым обращением. Разозлившись, любой почувствует жажду и залпом осушит чашку чая, не помня о ситуации и приличиях.

* * *

Услышав рассказ Тораноскэ, Кайсю тихо кивнул, ничего не ответив.

Вскоре он позвал слугу и велел принести доску для го.

– Тора, ты играешь?

– Да так. Люблю, но играю плохо.

– Судя по тому, как ты ведешь расследование, сразу видно, что плохо. Знаешь, что такое «игра под камнями»?