Книга Проклятие фараона, страница 39 – Барбара Мертц

Быстро вскарабкавшись по крутому скалистому склону, мы оказались на вершине плато и на мгновение задержались, чтобы перевести дух и насладиться видом. Перед нами раскинулась каменная пустошь без следа растительности, а внизу во всю ширь, словно пейзаж кисти искусного живописца, простиралась Нильская долина. Храм царицы Хатшепсут, расчищенный Масперо, походил на детскую игрушку. Там, где кончалась пустыня, поля окаймляли реку изумрудно-зеленой лентой. Воздух был так чист, что на востоке мы могли разглядеть миниатюрные очертания пилонов и колонн храмов. К югу возвышался пирамидальный пик горы, называемой Богиней Запада в честь хранительницы древних гробниц.

Эмерсон стал напевать себе под нос. Голосом природа наградила его отвратительным, слухом и вовсе обделила, но я не возражала, когда из монотонного жужжания донеслись слова:

Я подхватила:

Эмерсон взял меня за руку. В совершенной гармонии душ (для наших голосов, увы, недостижимой) мы продолжали, и мне не казалось, что наши вокальные упражнения оскверняют это торжественное место, ведь мы были движимы радостным предвкушением благородного труда.

В конце нашей прогулки мы оказались на краю скалы, нависающей над каньоном. Выжженные солнцем скалистые стены и дно без признаков растительности своим тускло-коричневым цветом напоминали блеклый несъедобный пудинг. Однообразие нарушали лишь несколько небольших теневых пятен, которые убывали по мере того, как солнце уходило в зенит, и черные прямоугольные отверстия, которым Долина царей была обязана своим названием, – они служили входом в царские гробницы.

К моей радости, ожидания оправдались, и мы смогли насладиться относительным одиночеством. Туристы уже разъехались по гостиницам, и единственными живыми существами казались бесформенные груды тряпья, прикрывавшие спящие тела местных гидов и сторожей, которые находились в Долине по роду занятий. Увы! Заметив движущуюся фигуру, я с досадой признала, что ошиблась. Мне удалось различить лишь очертания: человек находился от меня слишком далеко, – но было видно, что это высокий мужчина в европейской одежде. Похоже, он был совершенно зачарован созерцанием окрестных скал.

Хотя мы никогда не были в гробнице, которая являлась предметом наших теперешних изысканий, я не сомневалась, что Эмерсон смог бы нарисовать достоверную карту и безошибочно указать ее местоположение. Я бы тоже смогла. Наши взгляды притягивало к ней словно магнитом.

Она находилась внизу, на противоположной стороне Долины. Окружавшие ее крутые, почти отвесные скалы создавали впечатление театральной декорации. Вдоль подножья тянулся длинный склон из камня и гравия вперемешку с грудами строительного мусора, оставленного предыдущими экспедициями; здесь же размещались несколько современных жилых построек и складов. Треугольный проем, высеченный в гравии, вел к входу в гробницу Рамсеса VI. Под ним, чуть левее, я увидела крепкую железную решетку, о которой рассказывал Карл. Рядом валялись два пыльных тюка – сторожа, которых Гребо назначил охранять гробницу.