Книга Прямой умысел, страница 18 – Александр Токун

— Любовь — это чувство, а не физическая величина, — снисходительно возразил Кондрат. — Мне кажется, всякий может сказать, чувствует он к кому-то любовь или нет.

— Мне раньше тоже казалось, что я знаю, как отличить любовь от влюбленности или страсти. Теперь я утратил это ощущение, — вздохнул провизор.

— А невесту свою вы хотя бы немного любили?

— Трудно сказать. Иногда мне казалось, что мы слишком разные люди, что у Стеши совершенно другие интересы в жизни, что мы друг друга не понимаем. Но бывало, она посмотрит на меня с чудесной улыбкой — и на душе становится так легко и радостно.

— И тем не менее вы изменяли ей с Варварой?

— Увы! — развел руками Онисим. — Грешен.

— Зачем тогда вообще было морочить бедной девочке голову с этой свадьбой? — недоумевал Линник.

— Ничего не морочил. Я в самом деле собирался на ней жениться.

— Зачем вам это было нужно?

— Я хотел привести в порядок свою жизнь.

«Тяжелый случай. Или этот молодой человек не осознает жестокости своих любовных похождений, или считает себя вправе играть человеческимижизнями, не обращая внимания на последствия. Еще неизвестно, что хуже. Впрочем, вид у него страдающий, так что, может быть, для него еще не все потеряно», — подумал сыщик.

— А Федору вы любите? — спросил он. — Зачем вы с ней связались?

— Федору невозможно не любить, — мечтательно произнес провизор. — Она красивая, умная, добрая, чистая, трудолюбивая. Это идеал женщины вообще.

— Ей вы тоже собираетесь изменять с Варварой?

— Нет, нет, нет! — испуганно замахал руками Онисим. — После смерти Стеши я решил порвать с Варварой и начать новую жизнь.

— Да? Разве Стеша не была для вас идеалом? — засомневался Кондрат. — А вы не стеснялись ей изменять.

— Непростой вопрос вы мне задали, — задумался провизор. — Наверное, все дело в том, что Стеша была наивной, как ребенок. Ее ничего не стоило обмануть. Вы же не стесняетесь рассказывать детям сказки? А Федора мне не доверяет. Я должен еще заслужить ее любовь.

Он глубоко вздохнул и печально посмотрел на молчавшего Линника.

— Наверное, я сегодня напьюсь, — подавленно пробормотал Онисим.

Провизор окликнул полового и сказал принести ему чарку водки, затем тихо проговорил:

— Вы небось думаете, что я совсем не переживаю из-за смерти Стеши?

— Почему вы так решили? — удивился сыщик.

— Я напустил на себя беззаботный вид, но на самом деле у меня душа болит, — провизор приблизил к Кондрату лицо с лихорадочно блестевшими глазами и ожесточенно зашептал: — Умоляю вас, поскорее найдите этого мерзавца! Иначе я сделаю это сам и отомщу за Стешу!

Онисим откинулся на стуле и деревянным голосом произнес:

— У вас есть еще вопросы? Торопитесь, пока я еще соображаю.

— Пожалуй, на сегодня хватит, — заключил Линник, наблюдая за приближающимся половым. — До свидания!

— Нет уж, прощайте! — засмеялся провизор, протестующе грозя сыщику пальцем. — Надеюсь, что больше не увижусь с вами.

— Я не враг вам, — мягко возразил Кондрат, поднимаясь из-за стола.

— Тем хуже, — отозвался Онисим.

Через две минуты Линник уже был в своей квартире.

— У вас сегодня был насыщенный день, — заметил Онуфрий, встречая его на пороге. — Что-нибудь прояснилось?

— Да, появились кое-какие зацепки, — задумчиво ответил сыщик. — А у тебя есть какие-нибудь новости? О чем говорят в городе?