Книга Горький сахар, страница 115 – Ксения Бахарева

— Обвиняемая Сидорович! — начал прокурор. — Вы подтверждаете, что присваивали средства от продажи сахара за наличный расчет? — голос широколобого невысокого блондина звучал грозно. Теперь ему было позволено изобличать.

Анна Митрофановна потерла рукой у виска и слегка покачнулась.

— Нет, я не забирала, там же есть тетрадь, с которой ксерокопию сделали, — с невероятным достоинством ответила она. Черное платье ее облегало, что, безусловно, подчеркивало безупречную фигуру, а воротник до самых ушей свидетельствовал о чрезвычайной скромности.

— Ксерокопию же подделали! — сказал Яцко.

— Нет, ксерокопию не подделали, — Анна Митрофановна ладонью активнее потерла у виска и схватилась за железный прут клетки.

— Вы не забирали деньги?

— Нет! Я же сказала!

— Спокойно! Не надо нервничать! Ксерокопия черной бухгалтерии была подброшена анонимом не просто так! По заключению криминалистической экспертизы, здесь хорошо поработали с монтажом, дабы убедить следствие, что не брала Анна Митрофановна ни тысячу, ни сто пятьдесят тысяч долларов. Высокий суд! Прошу приобщить к изученным материалам заключение криминалистов.

— Анна Митрофановна! Верните деньги! — вклинился Кирсанов, глядя на прокурора.

— Заметая следы, Анна Митрофановна изготовила фиктивный договор займа между фирмами «Белый лотос» и «Ди Лель» о якобы имевшем место займе в сумме двести сорок тысяч долларов США фирме «Белый лотос», подделав в договоре расписку от имени Кирсанова В. А. о том, деньги получены.

— Никакой расписки, никакого договора я не подделывала, — отреклась Сидорович.

Яцко продолжил:

— Уже после ареста Кирсанова Сидорович принесла этот договор в Следственный комитет МВД Республики Беларусь для приобщения к уголовному делу в качестве доказательства наличия долговых обязательств Кирсанова перед ней и ее фирмой «Ди Лель». За фиктивным договором последовала целая серия долговых расписок. По мнению Анны Митрофановны, они объясняли ее участиев бизнесе Кирсанова.

Зал зашумел, обсуждая услышанное. Прокурор продолжил:

— Обвиняемый, встаньте! Вы признаете себя виновным в изъятии кредитных денежных средств из оборота фирмы «Белый лотос» и их инвестировании в деятельность «Ди Лель»?

— Признаю! Кредитные деньги изымались при одном условии — работать в сахарном бизнесе только с Сидорович в совместной фирме. Иначе бы мне пришлось иметь дело с ее влиятельными друзьями. Анна Митрофановна, верните деньги!

— Выручка аккумулировалась на счетах фирмы Sucden?

— Верно. Для оплаты новых партий сахара-сырца. Своим письмом в фирму Sucden она направила деньги на оплату контрактов фирмы «Ди Лель», оформив договором займа с прибалтийской фирмой «Альфа траст компани».

Вызвали свидетеля, бывшую подругу Анны Елену Дмитриевну Михаленко. Миловидная белокурая женщина с миндалевидными густо накрашенными глазами медленно подошла к трибуне, озираясь по сторонам, кашлянула несколько раз, словно у нее горло запершило, и тяжело вздохнула.

— Сколько времени вы работали с обвиняемой?

— Десять лет.

— Что вы можете сказать о продаже сахара за наличный расчет?

— У меня есть ксерокопия черной бухгалтерии, где можно проследить, как по фиктивным товарно-транспортным накладным сахар продавался за наличный расчет прямо в фирме. При продаже сахара за наличный расчет Сидорович изъяла из кассы наличными больше миллиона долларов США.