Книга Послание смерти, страница 2 – Лесли Вульф

Все трое были хорошо знакомы, и обмениваться словами или взглядами им не требовалось.

Комнаты ожидания во всех больницах одинаковы: мертвенно-голубоватый свет назойливо гудящих флуоресцентных ламп, вмонтированных в потолок, несколько широких кресел, обитых выцветшей зеленой тканью, на стене — телевизор с отключенным звуком. Время от времени басовитым жужжанием и звоном напоминают о себе автоматы с типичным ассортиментом вредной еды, богатой на химические добавки и пустые калории.

По крайней мере, тут им никто не мешал.

Сотрудники лечебных учреждений обычно с пониманием относятся к представителям закона — вероятно, в силу специфики работы тех и других. Сносные, а иногда и дружеские отношения складываются между полицейскими, спецагентами и их родными с одной стороны, и медсестрами и врачами — с другой. К несчастью, их пути пересекаются слишком часто. В данном случае руководство больницы предоставило небольшое помещение, где блюстители порядка могли находиться столько, сколько потребуется.

Втроем, в полном молчании, они провели в комнате ожидания уже несколько часов. Усаживаясь, старший специальный агент ФБР Алан Пирсон слегка ослабил удавку галстука, скрестил руки на груди и застыл, словно изваяние, хотя его ужасно бесило поведение Тодда Фраделлы, молодого детектива из офиса шерифа округа Палм-Бич. Тот шагал от стены к стене, словно зверь в клетке, механически приглаживая длинные, до плеч, волосы, что ужасно раздражало, и временами замирал перед окном, будто надеялся разглядеть снаружи в медленно редеющем мраке ночи что-то интересное.

Детектив Гэри Мичовски, как и Пирсон, не вставал с кресла с той минуты, как опустился в него. Уставившись в пустоту, сцепив руки на коленях, умудренный жизнью коп пытался сохранять выдержку и спокойствие, но захлестывающие его эмоции прорывались наружу. Мичовски кусал губы и сердито жевал щеки, а порой на его скулах играли желваки.

Фраделла остановился напротив Пирсона, засунув руки глубоко в карманы джинсов.

— Что-то долго они там возятся… — нарушил он напряженную тишину.

Оба коллеги посмотрели на парня с осуждением.

— Надеюсь, с ней все хорошо, — продолжил Тодд почти извиняющимся тоном. — Я хочу сказать, что когда столько времени…

— Фраделла, заткнись, — прошипел Мичовски.

Пирсон опустил руки и вздохнул.

— Ладно вам, ребята, расслабьтесь, — произнес он, глядя на старшего детектива.

Тот заерзал в кресле, потом вперил взгляд в сверкающий чистотой пол и принялся рассматривать причудливый рисунок цементных плиток.

— Это я виноват, — наконец пробормотал он. — Во всем. Я виноват.

Пирсон нахмурился, а Фраделла повернулся к своему напарнику.

— Это почему же? — спросил старший специальный агент.

Мичовски молча продолжал кусать губы.

— Ты всадил в нее нож? — не унимался Пирсон. — Это ты был, детектив? Или все-таки тот психопат, которого вы в результате благополучно отправили в морг?

Мичовски бросил на Пирсона сердитый взгляд и опустил глаза. Говорить тут было нечего, он не нуждался в утешении со стороны этих двоих.

— Когда все закончится, — нисколько не смутившись, продолжил Пирсон и махнул рукой, — я жду от вас рапорт. Я знаю, что это был оправданный выстрел, но именно сейчас агент Уиннет проходит служебную проверку.

Мичовски вновь пронзил собеседника взглядом: