Книга Глухое правосудие. Книга 1. Краснодар, страница 51 – Анна Орехова

Зал номер пять размещался на втором этаже. Возле двери сидели три женщины и мужчина.

— Доброе утро, господа присяжные, — поздоровался папа.

Ника вежливо кивнула, присяжные тоже поздоровались и продолжили беседу. Из-за масок понять, кто из них говорит, а уж тем более разобрать смысл было совершенно невозможно. Ника заглянула в сумочку, чтобы убедиться, что стример на месте.

Папа взял ее за локоть, отводя в сторону. К присяжным тем временем присоединилась еще одна женщина.

— Почти все в сборе, — прокомментировал папа, опуская маску на подбородок. — Не хватает еще одного основного и четверых запасных.

Ника тайком разглядывала людей, от которых зависела судьба всего дела. В мужчине угадывался лидер: когда он говорил, остальные замолкали, прислушиваясь. На вид «лидеру» было лет пятьдесят с хвостиком. Светлая рубашка, брюки, кожаный кейс, очки в толстой оправе — он очень походил на учителя или научного работника.

— Расскажи мне о них, — попросила Ника. — Мужчина, похоже, за главного.

— Так и есть, это старшина, вполне успешный художник. Очень на него рассчитываю. На отборе спросил, чем он занимается, и, услышав ответ, чуть не подпрыгнул от радости. Хорошо, что прокурор моего счастья не заметил, иначе воспользовался бы отводом. Творческие люди — наши союзники, они умеют сочувствовать и сопереживать, видят ситуацию со всех сторон, а потому не будут слепо верить версии прокурора.

К залу подошел худощавый парень, буркнул приветствие, опустился в кресло рядом с Художником и тут же уткнулся в телефон.

— А вот и шестой, — прокомментировал папа. — Этот сухофрукт мне совершенно непонятен. Аспирант на кафедре защиты информации в политехе. С одной стороны, компьютерщикам, да еще и молодым, свойственно свободомыслие, но с другой — защита информации — сфера, скорее, фээсбэшная, а этих ребят учат следовать приказам. Так что пока не знаю, что про него думать.

Светловолосая полная девушка, сидевшая по другую сторону от Художника, была примерно ровесницей Аспиранта. Ее маска защищала лишь подбородок.

— Вон та молоденькая закончила кулинарный колледж, работает официанткой, продает десерты собственного приготовления и мечтает открыть кафе. Дух предпринимательства, как и дух творчества, нам на руку. Конечно, заполучить битого жизнью бизнесмена было бы куда лучше, у таких людей автоматически срабатывает протест на любое заявление представителей власти: прокурор говорит «убийца» — бизнесмен думает «невиновен»; судья заявляет «доказательство не относится к делу» — бизнесмен сочтет это доказательство центральным. Но предпринимателей у нас нет, только девочка с мечтами. Надеюсь, мозги у нее тоже имеются, хотя уже сомневаюсь, учитывая, как она носит маску.

Ника усмехнулась. Папина деликатность порой давала основательный сбой.

— Чего хмыкаешь? Я свою снял, только когда мы отошли подальше, а эта сидит среди людей, на всех дышит, бациллы разносит. Бессовестно так себя вести.

Оставшиеся женщины были примерно одного возраста: сорок пять, максимум пятьдесят. Одна низкая, худенькая, с короткой стрижкой, две другие повыше и попышнее.

— Что скажешь про остальных?

— Ничего конкретного, ни туда ни сюда. Вон та темноволосая в брючном костюме — психолог или как сейчас правильно говорить? Психологша? Психологиня?