Онлайн книга «Енот-потаскун»
|
Я задумался и не сразу услышал писк домофона. Почему не сомневался, что это Наташа? Не знаю. Но экран включил, только чтобы убедиться: она еще там, не ушла. Открыл дверь и ждал ее — как в тот день, когда приехала за Тошкой. Губы — такие сладкие, мягкие, теплые, не оторваться. Запах, сводящий с ума. Волосы — струями между пальцами. Никаких слов не надо. Она пришла! Она со мной! Нет, надо. Необходимо. Но… не сейчас. Еще минутку вот так обнимать ее, прижимая к себе. И еще одну… Чайник. Настырная сволочь, свистит, как будто собирается улететь на Марс. Ну и лети, кто не дает? Только не мешай! — Будешь кофе? — я с трудом перевел дыхание, и Наташа молча кивнула. Джезва. Кофе. Соль и перец. Кипяток. Ее взгляд в спину. Как тогда. Де-жа-вю… Мы правда будем пить кофе? Или это просто пауза, чтобы собраться с силами? Для чего? Для разговора? Или?.. Наташа подошла, обняла меня сзади, прижалась к спине грудью. Так, видимо, кофе не будет. Я снял джезву с конфорки, выключил плиту, повернулся к ней. Широкая юбка с запахом, чулки в такойхолод — ты ведь знала, да? Знала, что так будет? Одна пуговица, вторая — бросил юбку на стул. Провел рукой по бедру до плотной кружевной резинки. Все повторялось, хотя и немного иначе. Но мысль та же. С горечью. Как жаль, что все именно так. Потому что ничего не выйдет. Не с этого надо было начинать. Остановиться? Это ничего уже не изменит. Ответ от устройства получен… Я подхватил ее за талию, посадил на стол. Коснулся губами узкой полоски кожи над резинкой чулка. И почувствовал, как Наташа вздрогнула и напряглась. Поднял взгляд — широко распахнутые глаза и дрожащие губы. Черт, ну что опять?! И вдруг как вспышка в темноте, которая выхватила то, что было рядом, только руку протяни. Слова Ольги: «Она от него сбежала с одной сумкой и с енотом. И с синяком на полморды. И это было далеко не впервые, когда он на нее руку поднял. Он из пушки во всю голову убитый кретин. И сволочь». В тот первый раз я совершенно случайно, потеряв равновесие, прижал ее к столу — и тут же получил капитально. Потом хотел вот так же, как сейчас — ну да, нравилось мне это всегда. И она вывернулась из-под руки. Упомянул как-то секс на столе — и ее аж передернуло. Хотя, кроме стола, мы им разве что на потолке не занимались. Что не так со столом? Если подумать, у нас с ней все началось с секса — пусть неудавшегося. И значил он для нас очень много. Но в нем-то и пряталась засада. Когда все шло прекрасно и вдруг я натыкался на мигающую надпись «verboten». Запрещено? Ладно, у каждого свои тараканы. Я не задумывался, ставил для себя вешку и продолжал иначе. А мог бы и задуматься. Не мог. Потому что такое в голову не приходило. Не могло прийти — настолько это было для меня дико и отвратительно. Чтобы муж силой принуждал жену к сексу?! Что он вообще с ней делал — на столе? Хотел я об этом знать? Меньше всего на свете. Но если не узнаю, как смогу ей помочь? Это нужно было не мне — ей. Отсюда все ее страхи и недоверие. Я подал Наташе руку, помог слезть. Сел на стул, посадил ее на колени, обнял. Прошептал на ухо: — Не бойся… Она разрыдалась, как маленькая девочка, обхватив за шею. Я молча гладил ее по спине, по волосам, покачивая на руках, пока понемногу не успокоилась. — Наташа, расскажи мне все, — попросил, поцеловав в макушку. |