Книга Твои валентинки, страница 122 – Анастасия Стер, Лера Деревянкина, Кэсси Крауз, и др.

– Считаете, вам хватит смелости выдержать мои занятия, мисс Сандерс?

Я обогнул стол и приблизился к Мии, медленно скользя по ней взглядом. Она насквозь промокла под дождем: пряди черных волос прилипли к коже, несколько капель воды стекли по шее и устремились ниже, скользнув под край бордовой блузки, плотно облепившей тело, юбка-карандаш облегала привлекательный изгиб бедер. Ее грудь тяжело вздымалась, и на мгновение я поймал себя на мысли, что отсчитываю ритм ее дыхания. Когда вернул внимание к лицу, Мия, отринув прежние эмоции, смотрела на меня с замешательством. Быть может, не ожидала увидеть в моих глазах интерес. Или голод…

Впрочем, я и сам не ожидал.

Она первокурсница. Перестань.

– Вы понимаете, на что соглашаетесь? – вновь обратился я к Мии, остановившись от нее в паре шагов. – Я не стану вас жалеть. В моем лице вы обретете новый ночной кошмар. Я буду вашим личным дьяволом у ворот ада. Подумайте еще раз, мисс Сандерс. Готовы ли вы заключить со мной сделку? Действительно ли вам нужны мои уроки?

Мия упрямо вздернула подбородок и сама сократила оставшееся между нами расстояние.

– Я наслышана о ваших методах, маэстро.И вам меня не запугать.

Она пыталась держаться смело. И если бы не едва заметное дрожание голоса и глубинный страх в глазах, я бы даже поверил. Но на деле я видел перед собой маленького испуганного кролика. Пытавшегося безрассудно спровоцировать хищника, буквально побуждая броситься в погоню.

Сжав руку в кулак, я пытался противиться зародившемуся во мне жару возбуждения. Жару, который устремился в те части меня, что должны были оставаться спокойными. Но стоило взгляду опуститься к пухлым губам Мии, которые она накрасила вызывающе яркой алой помадой, как все попытки сдержаться снесло цунами притяжения, сбивавшего с толку. Жар таки устремился к паху, и мне нестерпимо захотелось захлопнуть дверь и прижать к ней этого испуганного кролика, чтобы преподать урок, а может, и…

Очнись. Держи себя в руках. Ты же не подросток, Джулиан, вокруг много красивых девушек, почему она?

Вопрос, который я задавал себе не один месяц. Почему именно Мия привлекла мое внимание? Помимо очевидной проблемы с музыкой. Должно быть что-то еще. Что-то неуловимое, что так или иначе притягивало к ней мой взгляд.

Вынув из кармана руку, я потянулся к ее влажным волосам, но так и не коснулся их. Замер в ничтожных крохах расстояния.

Мия не сводила с меня глаз.

– Хорошо. Но не говорите потом, что я вас не предупреждал, мисс Сандерс. – Наклонившись к ее уху, я шепотом добавил: – Я доберусь до самых потаенных, самых уязвимых уголков вашей души, чтобы вытащить наружу всю вашу страсть. Она, безусловно, в вас есть, только вы почему-то упорно держите ее под замком, – от меня не укрылось, как у Мии перехватило дыхание. И я сдержанно ухмыльнулся, прежде чем пообещать: – Вам будет больно. Вы будете меня ненавидеть. Проклинать.

Не сдержавшись, я все же коснулся ее. Рука, секундой назад все еще висевшая в воздухе рядом с ее волосами, опустилась к шее. Мия шумно втянула носом воздух, и я провел пальцами по ее влажной коже, опустившись к ключицам и задержавшись там. Всего на мгновение.

Я чувствовал бешеный стук ее пульса и, отступив, продолжил, глядя в глаза:

– С этого момента вы принадлежите мне. Ваш талант. Ваша душа. Ваша музыка. До последней ноты, – несмотря на то, что я говорил о музыке, между строк повисло нечто большее. Темное желание, подстегиваемое постыдным влечением. На какую-то долю секунды я позволил себе забыть, что передо мной студентка. И просто наслаждался тем, как по ее бледной, точно фарфоровой коже разливался отчетливый румянец.