Книга Пособие по приручению принца. Инструкция прилагается, страница 43 – Katharina

— Что... что мне делать? — прошептал он, и его голос снова стал просто усталым и старым.

— То, что вам следовало сделать десятилетия назад, — сказала Света. — Повзрослеть. Перестать пытаться что-то доказать призраку. Найти себе настоящее дело. Например, — она сделала паузу для драматизма, — помочь нам наладить водоснабжение. У вас тут, судя по картам, не просто пласт, а целое подземное озеро. Вы могли бы не подпитывать свою тщеславную магию, а направить воду людям. Это был бы такой удар по репутации темного лорда, что ваш отец в гробу перевернулся бы от зависти. Представляете? Малок, не разрушитель миров, а Малок, дарующий воду. Это куда оригинальнее, чем тысячная порция хаоса и разрушения.

Малок медленно опустился на трон. Он смотрел в пространство перед собой, и по его лицу было видно, как в его сознании рушатся и перестраиваются все концепции.

— Уйти, — тихо сказал он. — Просто… уйти.

Он поднялся и, не глядя на них, побрел вглубь замка, в темноту. Его фигура, некогда должнавшая вселять ужас, сейчас выглядела просто сломленной и одинокой.

Они стояли в молчании, слушая, как его шаги затихают вдали.

— Он… он просто ушел, — прошептал Сайрус. В его голосе не было паники. Не было ужаса. Было нечто совершенно новое — тихое, безоговорочное восхищение. — Вы… вы не сразились с ним. Вы не произнесли ни одного заклинания. Вы просто… поговорили с ним. И он ушел.

— Иногда самое сильное оружие — это не меч, а вовремя заданный вопрос, — сказала Света, поворачиваясь к выходу. — И немного непредвзятого психоанализа. Ну что, господин Хранитель, кажется, мы только что разрешили главный конфликт этой истории, даже не испачкав руки. Как вам это?

Сайрус смотрел на нее, и в его синих глазах светилось что-то похожее на благоговение.

— Я… я не знаю, что и сказать. Вы не просто пишете новую книгу. Вы изобрели новый жанр.

Они вышли из мрачного замка на серый, но уже не казавшийся таким унылым свет. Река все еще была обмелевшей, но теперь у них было решение. И, что важнее, у них не было темного лорда, который мог бы этому решению помешать.

Но за это решение пришлось заплатить. Света, сохранявшая идеальное самообладание во время всей беседы, лишь отошла на сотню шаговот замка, как её плечи чуть ссутулились, а рука непроизвольно поднялась к виску. Головная боль, тупая и навязчивая, отозвалась стуком в ее висках. Это была не просто усталость. Это была цена за тот невероятный ментальный мост, который она только что перекинула. Она не просто говорила — она переводила.

Переводила понятия своего мира на язык, который мог бы хоть как-то резонировать в сознании мага, веками жившего в парадигме битв и пророчеств. Каждая её фраза была калькуляцией, каждое слово — стратегическим ходом. Она видела, как трещит его картина мира, и направляла эти трещины, как инженер направляет давление, чтобы обрушить ненужную стену. Это было истощающе.

В её мире за такое платили зарплатой и бонусами. Здесь платой была её собственная психическая энергия. Сайрус, заметив её замедлившийся шаг и бледность, тут же оказался рядом, его лицо вытянулось от беспокойства.

— С вами всё в порядке? — спросил он, и в его голосе звучала непривычная, почти отеческая нота.

— Всё в порядке, — отмахнулась она, делая глоток воды из фляги. — Просто в моём мире за сеанс экзистенциальной психотерапии и перенаправления водных ресурсов платят денежными знаками. А здесь, видимо, списывают с моего личного счёта.